Вампир замычал. Громко и неразборчиво.
— Антон, кляп!
— Уно моменто, синьор! — Зарецкий дурашливо поклонился и с нескрываемым удовольствием вырвал тряпку из пасти нечисти.
— Что за произвол? — отплевываясь, тварь пошла в последнюю атаку. — Что за бутафорский допрос? Что за голословные обвинения? Я добропорядочная нечисть, это вам любой подтвердит! Поэтому требую незамедлительно меня развязать и провести суд по всем канонам современной ведьмачьей юриспруденции!
— Ишь ты, слова какие знает, — дождавшись, пока нечисть выдохнется, усмехнулся Поздняков. — Бутафорский, голословные, добропорядочный, юриспруденция. А я думал, у вампира ума не хватит столько длинных слов запомнить… — Он сложил руки на груди. — В общем, я правильно понял — разговаривать ты не желаешь?
— Вы не добьетесь от меня ни слова! А если посмеете казнить без признания вины или неоспоримых доказательств, то должны помнить, что пойдете под ведьмачий трибунал и…
— Бла-бла-бла, — нетерпеливо перебил Николай. Шагнув, положил открытую ладонь с оберегом Велеса на холодный лоб вампира. — Силой великого Волоса повелеваю тебе, нечисть, принять истинный облик!
Тело Хамелеона зашипело и пошло вонючим белым паром с привкусом серы. Одежда твари, оказавшись не одеждой, а частью вампирской сущности, «прикипела» к коже и всосалась в нее, а сама кожа, обвиснув на исхудавшем побледневшем теле, забугрилась и покрылась прозрачными гнойными пузырьками.
Лицо твари изменилось до неузнаваемости: впалые скулы, тонкие полоски губ с торчащими клыками, пустые глазницы, на месте носа — два неровных отверстия… Открыв пасть, нечисть захрипела, будто намеревалась что-то сказать, но отсутствующий язык помешал осуществить задуманное.
— Вот уродец, — брезгливо сморщился Зарецкий. — А еще обзывался! Жирным!.. У-у, фантомас чертов!
Поздняков, окинув «вампира» изучающим взглядом, потер лоб.
— Пожалуй, я должен попросить прощения… за тот случай… позавчера, — неохотно заговорил он. — Когда повысил голос, настаивая, что Хамелеон — выдуманный мной иллюзорный энергетический вампир. Теперь-то нам очевидно — я был неправ.
Макс и Соня закивали, соглашаясь с последней фразой Николая, а Зарецкий почесал затылок:
— Извинения, это, конечно, хорошо… Но что за чучело я сейчас наблюдаю? Впервые вижу… подобное.
— Метаморф, насколько я понимаю, — за старшего группы ответил Волков. — Точнее, странная помесь метаморфа, жердяя и энерговампира. От метаморфа здесь — возможность изменять внешность. От жердяя — типичная фигура-жердь и черты лица после обращения в истинный облик. А от энергетического вампира — стандартный способ питаться. Высасывая энергию жертвы через рот.