— Батюшка, а почему флуктуратор? Так наш декан своих страшненьких куколок называет.
— Флуктуратор, Фира, это корректор магии. Он улавливает и перенаправляет потоки в нужном для мага направлении. Живые флуктураторы сейчас большая редкость, их применяли в боях в эпоху Смуты, поэтому почти никто не выжил. А в немагических мирах они вообще не жильцы.
Я с сочувствием посмотрела на Духа, то-то он на Земле так плохо выглядел и вялым был. И стало понятно, почему, почувствовав магию, отправился со мной порталом к Бизо.
Сейчас кот стал похож на мейн-куна [13] весьма впечатляющих размеров.
Спал Дух только в моей кровати. Всю остальную территорию считал охотничьими угодьями.
Особенно от него страдал Грэг. Он обвесил дверь и окна лаборатории предупреждающими надписями: «Не давайте войти коту! Даже если он заговорит и встанет на колени!»
Но Дух время от времени ухитрялся туда проникать. Теперь я стала понимать для чего. Остаточные и хаотичные крупицы магии, прошедшие через артефакты различной настройки, превращали бушующие в лаборатории эманации в волшебную валерьянку. Кот надирался ею, как пьяный сапожник, и начинал бегать по помещению и кататься по рабочим столам. Пара погонь за ним Грэга с метлой даже придали этим приключениям особую привлекательность для хвостатого извращенца. Раскрасили ему жизнь и заставили крутиться мозги.
Я лично видела, как он притащил к двери крохотную щепочку и пытался вклинить ее в створку, чтобы кто-нибудь рассеянный не заметил разницу и оставил дверь не защелкнутой до конца.
Вздохнув, я поправила заколку, скрепляющую локоны, упорно завиваемые Мэй чуть не каждый день. Вот кто по-настоящему свободен, а я, как ни рвусь, все еще спеленута требованиями семьи и света.
— Мисс Бизо, — тихий стук, и моя горничная появилась в проеме, — к вам с визитом мистер Хофф.
О, темноволосый красавчик — хозяин бала. Я вспомнила о нем с теплотой.
— Скажи, что сейчас спущусь.
Быстро взглянула на себя в зеркало, подмигнула. После секундного раздумья не стала накидывать легкий платок на шею. Пусть Франц увидит меня в повседневном нежно-бирюзовом платье с приличным, но соблазнительным вырезом. На мой вкус, я весьма хорошенькая особа, но далеко не красавица. А Франц — редкостно эффектный кусочек, таких моя сестра Санька в журналах долго рассматривала и пальцем по фотографиям водила. «Хочу — не могу».
В глубине души я оказалась весьма тщеславной особой. Захотелось, чтобы прямо остолбенел от внешности моей расчудесной. По крайней мере, необычной для этого мира.
В итоге я медленно спускалась по лестнице. Франц, похожий на принца из сказки, в темно-синем с серебром сюртуке и с букетом в руках, стоял в холле, не отводя восхищенных глаз.