«Я и думаю, что это слишком соблазнительная пищевая ниша, чтобы её никто не занял — тем более, в Африке проживало просто дохрена людей», — думал я, обходя Пумбу, прикрываясь от него зданиями и заборами.
Свинья же копается в песке и вытаскивает из него кости, которые сразу же начинает грызть и глотать. Естся это тяжело, судя по хрусту и скрипу, а уж как срётся — не хочу даже представлять, какие ощущения испытывает Пумба, когда высирает кальциевое говно…
Аккуратно сближаюсь с Пумбой, держа стальной лом наготове.
Лом я нашёл в автомастерской, представляющей собой задрипанный гараж, в котором раньше ремонтировались местные жлыги и шайтан-мобили. Я заточил этот кусок стали, поэтому это теперь не просто лом, а ультимативное орудие убийства.
Пумба что-то почувствовал и заозирался по сторонам, но я уже был слишком близко — применяю рывок и вбиваю лом в шею другу Тимона и Симбы.
+9 очков опыта
— Аммар! — позвал я, выдёргивая лом из шеи покойного Пумбы. — Идите сюда и несите инструмент!
Группа из двенадцати негров подошла спустя несколько минут. Их стало больше, чем в первый день — оказалось, что они ходят на мародёрку посменно, всегда оставляя кого-то для охраны своих женщин, детей и стариков.
Теперь же все иждивенцы находятся в Эль-Обейде, в отеле «Хилтон Гарден Инн Эль-Обейдград», под охраной четверых КДшников, а все остальные пошли со мной, на охоту.
— Как ты смог убить его так просто? — спросил удивлённый Мохаммад.
— Против лома нет приёма, — пожав плечами, ответил я. — А если серьёзно, то я застиг его врасплох.
Местные Пумбы, по словам Аммара и остальных, в случае угрозы переходят в «боевой режим», из-за чего их практически хрен убьёшь. Они становятся очень выносливыми и живучими, до такой степени, что пули застревают в их коже — это частично похоже на способность Профа.
— Короче… — произнёс я и распорол Пумбе грудную клетку. — Печень — моя, а остальное — ваше.
Вырезаю из бедного животного печень и съедаю её на месте, чтобы ощутить это кратковременное чувство насыщения.
Вообще, чтобы чувствовать себя сытым, мне надо переходить на сыроедение, а то уже невмоготу.
Дожёвываю печень, после чего сажусь на мусорный контейнер в десятке метров, и наблюдаю с него за работой негров. А они, преисполненные энтузиазма, сноровисто разделывают Пумбу на комплектующие, стараясь беречь шкуру.
— Тебе точно больше не нужно мясо? — уточнил Аммар, на всякий случай.
— Я придерживаюсь договора — это ваше мясо, — ответил я. — Для перехода через пустыню вам потребуется никак не меньше трёхсот килограммов мяса, а в этой твари, по моим прикидкам, не больше ста килограммов. Мне надо завалить ещё двоих таких же.