— Чисто, — сказал он. — Заходим.
— Да, я прибираюсь почти каждый день, — похвастался неизвестный. — Не ссыте вы — если бы я хотел убить вас, уже убил бы. У меня есть дохрена камиков — на всех бы хватило, даже на того шустряка.
Это он, наверное, обо мне.
— По коридору налево идите, — сказал неизвестный.
Проходим через коридор и натыкаемся на стальную дверь, которую сварил кто-то криворукий, но старательный.
— Швы — говно, — заключил Фазан. — Будто варил сварщик под белочкой.
— Уж как смог, — ответил на это неизвестный. — Я тогда первый раз в жизни взял в руки сварочный аппарат.
Дверь отворилась и мы вошли в обиталище этого странного типа.
Это когда-то было блоком палат для пациентов. В коридоре стоят нагромождения из деревянных ящиков, большая часть которых пуста.
— Ну и ну, — вышел к нам низкорослый и тощий мужик лет тридцати.
Он обросший, бородатый, грязный и усталый — видно, что сычует (1) тут совершенно один.
Волосы у него чёрные, глаза голубые, с безуминкой, которая обычно появляется у людей, которые проводят очень много времени в изоляции. Во время Ковида я видел много таких, когда доставлял еду по всему Новокузнецку.
— Ты кто такой? — спросил Проф.
— Я — Огненный дракон! — улыбнулся бородач. — Но зовите меня просто Валерой.
— Проф, — представился Проф.
— Студик, — назвал я своё прозвище.
— Фазан.
— Щека.
— Фура.
— Галя.
— Лапша.
— Ронин.
— Ебать, вы что, пауэр-рейнджеры, что ли? — заулыбался Валера.
— Давно ты тут живёшь? — спросил Проф.
— Ну, почти с самого начала, — ответил Валера. — Ладно, проходите, рассаживайтесь — чаю?
— А давай, — кивнул Проф.
Проходим в общий зал.
Антураж тут — смесь дурки, бомжатника и логова сычующего айтишника. Кафельные стены, какие-то успокаивающие картины на стенах, но, в то же время, обёртки из-под шоколадных батончиков и чипсов, какой-то мусор на полу, а также какие-то компы и мониторы.
Тут есть диваны, на которых мы и расселись.
На мониторах транслируются картинки с многочисленных видеокамер и дронов, парящих над Москвой в автономном режиме.
Валера начал разливать кипяток из термопота по стаканам, а как закончил, достал подарочный набор чая «Greenfield».
— Этого дерьма у меня навалом… — поделился он, а затем достал из шкафчика банку энергетика. — А я буду поправочку…
Принимаю стеклянный стакан и перемешиваю чай.
— Итак, вы полезли в Москву, совершенно не шаря в местных раскладах, я правильно понял? — спросил он, пшикнув ключом на жестяной банке.
— Получается, что так, — согласился с ним Проф.
— И прилетели сюда на самолёте, так? — уточнил Валера.
— Ты к чему это всё спрашиваешь? — нахмурился Ронин.