— Этот преставился. Второй тоже угрозы не представляет. С вашего позволения, господин Макграт, присвою себе пистолетик. Дерьмо, конечно — «Silver Hook», но на первое время сойдет. Надеюсь, мы свои стволы скоро получим? — спросил он то ли меня, то ли Бондареву, повернувшись вполоборота к ней.
Быстро преобразился пудель императрицы. Едва убедившись, что мой порыв пристрелить его, был шуткой, Леша снова стал энергичным и не в меру болтливым. Он говорил что-то еще, рассуждая насколько дерьмовое место этот район. Я почти не вникал в его слова, лишь кивнул и вернулся взглядом к сидевшему на корточках англичанину:
— Так поясни, чего эти гориллы Сладкого потревожили ваш благодатный район?
— Ну… — Танос судорожно дернул плечами. — Ну…не знаю толком. Искали Чику и Котенка. Котенок — он у нас свежий, дней пять как или меньше. Шухер его притянула — дрыгает он ее. Она же визжит, когда ее дрыгают. Знаете? А Котенок он какой-то неправильный — не наш. К тому же он трус и идиот. Не… не так. Он был трусом и идиотом — мы так думали. А потом оказалось, что он завалил людей Сладкого Хариса, чтобы забрать у них ключи от сейфа с наркотой. Значит уже совсем не трус. С Чику все это они провернули. Идиоты, думали, что им за это ничего не будет. В общем, что-то такое… Я в точности не знаю, господин, Ма… Мак…гарт. Честное слово! Знаю лишь, что об этом сегодня в Уайтчепеле только и говорят. Причем все говорят разное. Еще я слышал, что Чику вроде уже поймали, а Котенок исчез куда-то. А еще говорят, что Котенка прикрывает какой-то сильный маг, поэтому он такой дерзкий и неуловимый. И вообще, его к нам заслали конкуренты Хариса. Может даже сам мистер Чен.
Из сбивчивой речи англичанина вырисовывалось мало ясного, однако нечто подсказывало мне, будто все это как-то связанно с содержимым нашей ячейки, украденным из камер хранения. И еще почему-то связано с Майклом. Пока я представить не мог, каким боком Майкл имеет отношение к этой истории. Моя интуиция иногда выкидывает странные фокусы: бывает, безбожно врет, а бывает, спасает мне жизнь ценными подсказками или приводит к цели самым неожиданным путем. Увы, говорит она со мной не всегда. Бывает, настойчиво молчит, даже когда я ее спрашиваю по всем канонам общения с трансцендентным. Однако сейчас она начала нашептывать что-то смутное, связывая практически смертельные ранения Майкла Милтона со Сладким Харисом и последними событиями в Уайтчепеле. У меня даже мелькнула совсем шальная мысль: уже не барон Милтон тот самый «Котенок», о котором вещал перепуганный англичанин. Ведь именно так я мысленно называл Майкла: котенок моей мамы. И то, что он трус и человек очень странный для этих мест — тоже реальный штрих к него портрету. Вот только, фраза, будто этот самый Котенок завалил людей Сладкого Хариса никак не могла относиться к брату Элизабет. В общем, пока все приобретало крайне смутные очертания и было противоречиво. Ясно оставалось лишь одно: нужно поскорее найти Сладкого Хариса.