— Господин! — он обнял мои ноги. — Но это же кликуха? Я — Эндрю Берч. Просто Эндрю Берч! Клянусь вам, и мыслей не было причинять вам неприятности. Это все Костлявый. Увидел странный свет, потом появились вы. Я не хотел! Клянусь! У меня даже нет оружия!
— Кто такой Костлявый? — спросил я, хотя разбираться в этом у меня пропало всякое желание. Мерзавцы были наказаны стремительным порывом ангела смерти — Элиз. И это глупыш, в качестве клички взявший имя древнего бога смерти, жалобно вымаливал прощения.
— Главный наш. Чиксан-стрит и все вокруг наше. Только там, — он мотнул головой вправо, — район держат упыри Тортека. Не убивайте, господин, — его глазки заслезились.
— Ладно, будем милостивы: ползи отсюда, — я изначально не собирался его убивать. Хотя, такие мерзавцы как он, далеко не все заслуживают жизни.
— Постой! — остановила его Бондарева. — Кто такой Сладкий Харис? — спросила она, напоминая о прозвище, услышанном от Геры.
Не знаю, Наташа что-то почувствовала ментально или попросту догадалась, что парни из местных банды вполне могут знать что-то о человеке с таким прозвищем. Молодец Бондарева — задала очень полезный вопрос. Причем задала его в удобный момент, когда этот мерзавец готов душу на изнанку вывернуть и рассказать что угодно, лишь бы остаться живым.
— Сладкий?.. Ну как кто? — от такого вопроса Танос растерялся. — Он — большой человек. Держит тут всю торговлю наркотой, у нас по району и дальше. Еще оружие у него можно взять дешевле, чем в лавке раза в три. Бизнес у него есть. Деньжищ у Сладкого целая куча, наверное, как у императора. Работает на него почти каждый пятый из наших, — поняв, что убивать его никто не будет, Танос осмелел, даже приподнялся с четверенек и нагловатый взгляд снова вернулся в его глаза. — Тут сегодня его гориллы на разборки приходили, рыскали по району. Поэтому, Костлявый такой злой.
— А чего они тут искали? — спросил я, чувствуя, что это может стать для нас интересным. В голове как-то быстро сложилось: камеры хранения… Там вполне могли держать небольшую партию наркоты, и волей случая хранилась она рядом с ячейкой, в которой наша имперская агентура собрала кое-что важное для моей группы. И тут же я подумал: «Ох неслучайно Гера выпустила нас на именно в это место, на эту улицу». По небесным законам Величайшая как бы не может прямо вмешиваться в подобные вопросы. А вот создать удобные для нас условия, подтолкнуть таким образом к нашей цели вполне может. Гера, конечно, редкая дрянь, но если нас объединяет общая цель, то вряд ли кто-то другой из богов может быть полезнее ее.