— Хочу, чтобы мы проснулись вместе. Останься, — шепнула она.
— Нет. Не могу. Мне край как нужно заняться подготовкой к операции, — о том, что я собираюсь в Лондон я не скрывал. Лишь намеренно исказил сроки. — У меня к тебе просьба… Серьезная такая просьба.
Она приподнялась на локте, внимательно глядя мне в глаза.
— Ты же знаешь о моей заинтересованности в некотором бароне Майкле Милтоне? — продолжил я.
— Как же не знать о любовнике твоей матери, — в глазах Глории появилась усмешка. — Трудно ему теперь. И, наверное, ей.
— Можешь попросить кое о чем своего Этвуда, — я не стал нажимать на то, что Луис Этвуд ее любовник, и эта мысль, кстати мне не особо приятна. — Попросить, чтобы он посодействовал его вызволению. Суть в том, что люди цесаревича ведут переговоры насчет обмена в Париже. Обмена перевода Свидетельств Лагура Бархума, самих пластин на Ключ Кайрен Туам и как бы попутно Майкла Милтона. Однако, я буду в Лондоне тайно двадцатого. Об этом никто из людей герцога Уэйна не должен знать. Вот если бы твой маркиз Этвуд каким-то образом посодействовал освобождению барона Милтона, то это было бы очень полезным делом. Ведь, по сути, Милтон им не нужен. Они должны были давно понять, что переводчик он никакой. От Майкла вообще нет им пользы. Ты же понимаешь, что Майкл Милтон или мелкая монетка в этой игре, Уэйн должен его уступить. Нужно лишь немного на него нажать. Думаю, хотя маркиз Этвуд, во вражде с Уэйном, но это тот случай, когда он смог бы сделать что-нибудь для освобождения Майкла. На каких-либо условиях получить его и через своих людей тайком передать его мне в Лондоне.
— Это не так просто, граф, — Глория откинула простынь и села на край кровати. — Зачем ты мне врешь, что отправишься туда двадцатого? Уверена, ты будешь там раньше.
— Ну, что ты… — я обнял ее сзади.
— Ладно, хитри дальше. Хорошо, свяжусь с Этвудом. Сегодня же. Только еще раз мне обо всем этом мне подробно, — она встала и взяла с кресла халат.
Я прощался с императрицей возле окна, разумеется, зашторенного. После долгого поцелуя она сказала:
— Спасибо. У меня никогда не было таких сильных впечатлений. Ты меня вернул в юность. Хотя и в ней я такого не переживала.
— Тебе спасибо! — я обнял ее. — Чудесный вечер и очень жаль, что не могу его продлить до завтрашнего дня.
Отодвинув край шторы, я оглядел обозримую часть сада. Хотя здесь, под окнами покоев императрицы не должно быть патрулей, я все же закрыл глаза, входя во второе внимание, просканировал близлежащий участок сада. Потом еще раз поцеловал Глорию и вылез в окно. Ползти по карнизу и лезть по водосточной трубе — не выбор мага. Я воспользовался «Лепестками Виолы», активируя магию сразу в две руки. При касании с землей едва не вывихнул правое плечо, но обошлось, и выглядело это перед моей любовницей лихо. Прячась за кустами, я отошел немного от дворца, поднял голову, сразу найдя окна Глории. Откинув штору, она стояла там, тускло освещенная светом красных туэрлиновых светильников. Потом послала мне воздушный поцелуй, помахала рукой и отошла от окна.