— Дань, только давай договоримся. – Отлипаю от него и смотрю в упор. – Что бы там между ними ни произошло, на нас это никак не отразится.
— Лика! – Он крепко стискивает мою руку. – Даже если они друг друга пристрелят, это будет наша общая беда. А если нет – ну и слава богу. Если что-то или кто-то и может нам помешать, то только мы сами. Но очень надеюсь, что этого не случится.
— Я тоже.
Пристроившись обратно на его плечо, закрываю глаза и повторяю про себя: «И возвращается Ветер на круги своя».
Мадам свекровь выразилась предельно точно.
Я ни о чем не спрашивала маму, но мне кажется, они оба ждали нашей свадьбы, чтобы сделать этот шаг. Наверно, переписывались, может, и по телефону разговаривали, но это все не то. О той встрече в Москве мама сказала как-то уклончиво.
Ну да, увиделись после его выступления, посидели, поговорили. Больше ничего.
Но, видимо, для старта оказалось достаточно.
Я не знала, как к этому относиться. Разумеется, Данька был прав, это исключительно их дело и их выбор. Что бы там ни случилось между ними.
Но мнение-то на этот счет у меня должно было быть. А вот его-то я как раз составить и не могла. То мне казалось, что это глупость. В одну реку, как известно, дважды не войдешь, ничего не вернешь, да еще через столько лет. То наоборот – что сейчас они могут исправить сделанную ошибку и стать наконец счастливыми.
Ведь я же видела, как он на нее смотрел. И эти его песни о ней…
— Лик, представь. – Данька целует меня в висок. – Вот раз – и получилось все у них. Взяли они и поженились. И мы тогда кем окажемся? Братом и сестрой.
— Дань, ну глупости не говори. Ну даже если и так. Сводными. Ну и что?
— Да ничего. Просто. Прикольно.
— Я бы только за была. Но при одном условии. Если они не поймут через год, что снова ошиблись.
— Лик, ну какие тут могут быть гарантии? Может быть, и поймут. А может, все будет хорошо.
— А может, мы вообще сейчас все с тобой придумали.
— Может, — подумав, соглашается Данька. – Но мне кажется, что нет. Не придумали. Батя определенно ее ждал. И что такое между ними происходило. И во дворце, и в ресторане. А может, и сейчас происходит.
— А давай мы не будем обсуждать интимную жизнь родителей, — морщусь я, не открывая глаз.
— А кто говорит об интимной жизни? – Он щиплет меня за бок. – Волк, ты такая испорченная, у тебя одна интимная жизнь в голове.
— Это плохо? – Я приоткрываю один глаз.
— Это замечательно. Но ты же сама сказала, чтобы я заткнулся.
— Ой, все-е-е! – хнычу я.
— Ну все так все. Спи, Ветрова.
— И ты спи, Ветров!
Свет в салоне пригашен, мерный гул двигателей навевает дремоту. Пытаюсь представить, как все будет там – на тропическом острове. Океан, солнце, пальмы – и никого! Ну ладно, почти никого.