Наши дети… У нас мог быть общий ребенок, но не сложилось. А теперь, возможно, все равно будут общие внуки. Как странно… и удивительно.
Наконец все закончилось. Поздравления, цветы, фотографии. Молодожены упорхнули – кататься и фотографироваться дальше. Остальные потихоньку разбредались. Я тоже вышла: должно было подъехать такси.
— Куда ты сейчас, Саша?
Я вздрогнула: Андрей подошел неслышно.
— В гостиницу.
Мы стояли и смотрели друг на друга. Молча. Как будто на границе, которую никак было не перешагнуть. Спасло такси.
— До вечера, Саш. – Он коснулся моего рукава. – Ну вот… мы теперь родственники.
— До вечера.
В машину я села в полном раздрае. Благо ехать было недалеко. В гостиничном номере сняла платье, легла на кровать.
Я ждала этой встречи. Все эти недели, пока мы переписывались по вечерам. Но чего именно ждала от нее? Кто бы знал!
И снова время тянулось томительно медленно. Наконец подобрался вечер, и я вызвала такси. Немного застряли в пробке, в ресторан я поднялась, когда почти все уже сидели за столами. Мама помахала мне рукой, но девушка-хостес подвела меня к главному столу.
Поймав взгляд Андрея, я вспомнила вечер нашего знакомства – короткой вспышкой-флешем. Как мы сидели за столом друг против друга, то и дело встречаясь глазами. И как ушли вдвоем.
Тосты, болтовня тамады, изысканное меню, музыка. Лика с Данилой уехали через час – прямо в аэропорт, куда еще днем отвезли багаж. Их ждал медовый месяц на Борнео.
Взлетную полосу, кстати, было видно из окон: самый высотный ресторан Питера – а может, и всей Северной Европы. Сто пятьдесят метров! Огни, крыши домов, залив… магия города, его темного, хмурого неба.
— Можно тебя пригласить?
Андрей вывел меня на танцпол, обнял за талию. Музыка – что-то сладко-печальное. Совсем как тогда – на нашем первом свидании. «Гора»? Или «Дыра»? В общем, какой-то стремный клуб на Лиговке.
Я почувствовала себя той самой девчонкой в мини-юбке, с начесанной и залитой лаком челкой. Девчонкой, у которой сердце отчаянно колотится в горле и в кончиках пальцев, которой не хватает воздуха от сладкого, нетерпеливого предвкушения. Эта тяжесть его рук, чуть спустившихся на бедра, это тепло дыхания у виска, этот запах, наотмашь бьющий по рецепторам…
И в то же время я была уже совсем другой. Мы оба – совсем другие. Все изменилось, изменился весь мир — и мы вместе с ним.
Когда музыка закончилась, я вышла в холл, полутемный и пустой. Только прошмыгнул кто-то в поисках туалета.
Шаги за спиной, руки на плечах. Развернувшись резко, я утонула в его глазах и невольно подалась навстречу. Навстречу губам, которые, как оказалось, за столько лет так и не смогла забыть…