– Но-о-о! – командует дочь.
– Тебе недостаточно было тренировки? – смеюсь.
Отец смущенно выпрямляется. Нина вцепляется ему в плечи, и выходит какой-то странный гибрид рысака и шахматного коня. Я ухохатываюсь. Наверное, это нервное. Отец аккуратно снимает Нину со спины. Поправляет рубашку и гордо вскидывает голову.
– Ну, что там этот?
– Ничего. Выпускай его. Посидел, подумал над своим поведением, и хватит, – вздыхаю я.
– Только не говори, что он опять запудрил тебе мозги! – подбирается отец. Я возмущенно подбочениваюсь.
– Я что, похожа на дуру?!
– Да вроде нет. Но если ты подпустишь его к себе ближе, чем на три метра… – Он даже поднимает палец.
– Не подпущу!
– Хорошо. Потому что при первой же подозрительной фигне я его прикрою так, что даже модные адвокаты не помогут. Поняла?
– Да пофиг, – пожимаю плечами. – Почему ты этим угрожаешь мне?
Потому что не верит, что я реально не поведусь на сказочки Левана. Потому что думает, будто я не усвоила урока! А я усвоила. От этого козла надо держаться подальше. Другое дело, что непонятно как. У нас же общий ребенок, и если он захочет общаться с дочерью, кто я такая, чтобы им в этом мешать? Особенно если того же захочет и Нина. Впрочем, пока Кахиани не выказывал особого желания с ней встретиться. Или… Это подразумевалось само собой, учитывая тот факт, что он собирается жить с нами в одной квартире?
Ага… Как бы ни так. Я ничего… абсолютно ничего не знаю о человеке, которым он стал за шесть лет, прошедших с нашей последней встречи. Если бы я была одна – еще ладно. Но разве я могу позволить ему войти в дом, где живет беззащитный ребенок?
«Ты уже решила, что нет!» – приходится напомнить себе, чтобы как-то прервать порочный круг, по которому бегают мои мысли.
– Угрожаешь, – не слишком похоже пародирует мой голос отец. – Как будто я тебе когда-нибудь угрожал! Так… Предупреждаю просто. Иначе как мне вас уберечь?
Нина, заскучав от нашего разговора, садится в дедово кресло, берет в руки папку с отцовской секретной почтой.
– Пап! – только успеваю пискнуть. – Нина, положи на место!
Ох, как будто был шанс, что этот маленький демон меня послушается!
– О! – произносит Нина с восхищением. – Дед, ты рисуешь?
Отец резко оборачивается.
– Я-я-я? – тянет с такой брезгливостью, будто его обвинили в какой-то непристойности.
Нина демонстрирует лист, на котором жирным маркером набросан фоторобот лысого мужика средних лет. Очень подозрительного вида.
– Он похож на нашего соседа сверху! – искренне восторгается дочь. – Который сверлит с утра пораньше!
Я сгибаюсь пополам, умирая со смеху, а отец издает звук, смахивающий на тот, с которым старый принтер зажёвывает бумагу.