Я с благодарностью смотрю на него. Он пытается меня отвлечь от дурных мыслей, которые разрывают мне мозг. И у него получается.
Смотря на него, такого спокойного и уверенного, что всё обойдется, я тоже начинаю в это верить.
— Заеду завтра ближе к вечеру, — сиплым голосом обещаю.
После продажи компании отца Грачу и его смерти, я создал и открыл свою. Было сложно и тяжело, но во многом мне помогло то, что из старой удалось больше половины людей переманить к себе, включая Петровича и Витька. Первое время приходилось чуть ли не ночевать на работе, но это того стоило. Сейчас моя фирма довольно прочно занимает не последнее место на рынке транспортных услуг. Постепенно открываем свои филиалы в других городах. Доходы тоже растут. И пусть они пока не такие большие, как в прошлой компании, но грустить по этому поводу я не собираюсь.
— Вот и договорились, — и без всякого перехода обвиняющим голосом выдает. — Мог бы и меня взять, когда поехал месяц назад в «командировку», — специально выделяет последнее слово, с упреком смотря на меня.
Вот же…
Говорю же — ничего от него не скрыть.
Месяц назад я уезжал на пару дней в командировку. Версия была для всех такая. Никому не стал говорить, что еду на могилу отца.
Да, Света передала его слова. Пожалуй, только из-за этого мы и ругались серьезно. Всё это время, что мы вместе, она говорила о том, какой он был хороший. Как изменился. Как сильно винил себя за произошедшее со мной. И что мне стоит простить его.
А я не мог. Не верил в это до конца. Первое время вообще взрывался при любом его упоминании. И если Свету я мог заставить замолчать, то с пацанами, когда они начинали вспоминать деда и рассказывать про него, у меня язык не поворачивался их заткнуть. И слушая их воспоминания, я постепенно стал верить в то, что он изменился. С ними он стал лучше. Пусть он и не был «отцом года» в моей жизни, но дед из него получился замечательный.
И однажды, в который раз слушая Ваньку, рассказывающего как они классно ходили втроем — дед, он и Лешка — на рыбалку, я почувствовал, что больше не злюсь на отца. И что хочу слушать ещё и ещё эти истории, в которых он показывал себя со совершенно другой стороны.
Не знаю, почему я всем соврал. Придумал для всех, что еду в командировку в другой город где был наш филиал, чтобы проверить, как он работает. Нет, в филиале я был, но только после того, как съездил в деревню, где отец встретился со Светой. Пришел на кладбище и часа два сидел у могилки отца, мысленно рассказывая, как теперь живут его внуки, Света и… я. Не говорил вслух, что я его прощаю. Да и не требовалось это произносить. Моё появление — оно и так всё сказало.