Молчит и не двигается, будто превратился в статую самому себе.
Его золотые глаза все еще не теряют драконий вид, а в лице растерянность, которой я никогда раньше у него не видела.
Потом он словно пробуждается ото сна наяву и оглядывается через плечо — на распахнутую дверь особняка.
Я тоже машинально смотрю туда, и внутри все сжимается: если нас кто-то увидел… если хозяин дома почувствовал всплеск магии…
Даррен не дает мне додумать, хватает за руку и тащит с террасы. Его шаги быстрые, движения напряженные. Я едва поспеваю, спотыкаясь о ступени.
— Даррен, я… — начинаю растерянно.
Он останавливается, и я налетаю на него.
Медленно оборачивается.
И снова смотрит — будто впервые видит. Хочет что-то сказать, его губы приоткрываются… и тут же сжимаются. Он хмурится, проводит пальцами по переносице, словно пытаясь собрать мысли, которые рассыпаются у него в голове.
— Нам нельзя просто так уйти… — наконец глухо произносит он.
Затем замолкает, уставившись куда-то мимо.
А потом его взгляд наконец проясняется.
— Нет, — коротко говорит он. — Так будет лучше.
И, прежде чем я успеваю что-либо понять, снова тянет меня за собой.
На этот раз — не просто от дома.
Пространство вокруг дергается, сминается, и знакомое ощущение портальной магии накрывает с головой. Я даже не успеваю зажмуриться.
Мир выворачивается наизнанку, и через мгновение мы уже стоим в академии, у дверей ректорского кабинета.
Даррен одним движением снимает магическую печать, заводит меня внутрь и только тогда отпускает руку.
— Жди здесь, — говорит он.
Под потолком вспыхивают лампы, заливая пространство теплым светом. Я моргаю, оглушенная резкой сменой обстановки.
— Даррен, послушай…
— Жди здесь, Лилиан, — повторяет, уже жестче.
Я замолкаю.
Он задерживает на мне взгляд. В нем все еще плещется отголосок того, что произошло там, у дома Хорфурдов: золото в радужке никак не угаснет, а зрачки не примут обычную круглую форму.
— Никуда не уходи, — добавляет, прежде чем развернуться и исчезнуть.
Я остаюсь одна.
Несколько секунд просто стою, не двигаясь. Потом накрываю лицо ладонями и зажмуриваюсь, будто таким образом получится стереть последние события.
Это правда произошло.
Ритуал не сдержал метку, истинность прорвалась и уничтожила приворот. Но, прежде чем исчезнуть, колдовство толкнуло мое безвольное тело в руки ректора и заставило его поцеловать.
Замкнутый круг!
Будет настоящим чудом, если старший Хорфурд не ощутил вспышку такой силы. Пробуждение истинности — не шепот и не тень, это крик магии, который слышат даже сквозь защитные купола.
А Даррен…