Учитель и старейшина Юи непременно справятся — тщетно успокаивал себя я. Хоть мне и стыдно за недоверие к наставнику, но полностью избавиться от грызущего душу червячка сомнений не вышло. Двое против троих — это, как ни считай, двое против троих.
А если лоз не трое, а больше?..
Я невольно замедлил шаг, обернулся, прислушался к лживому эху, что металось испуганной птицей между горных склонов, донося слабые отголоски происходящего в долине.
Бой еще продолжался.
Бой мастеров! И ученикам, даже старшим, делать там было нечего. Но я же мог хоть чем-то…
Сюли, одна из младших учениц, споткнулась и упала, всхлипнула — от боли в разбитых коленках и страха, что ее бросят. Син, ее брат, тоже был на пределе. Да и не только они: если кто-то откажется бежать, следом захнычут и остальные.
— Держитесь за меня, — малышня повисла на руках. Ругань сделала бы только хуже, и я уговаривал, выбирая самый мягкий тон, на который способен. — Нужно потерпеть еще немного. Справитесь? Хорошо? А потом отдохнем.
Сто шагов — и подъем закончился. Вниз по склону спускаться легче, главное, не переломать ноги, угодив в лисью нору или споткнувшись о выступающий корень.
У реки мы остановились.
Десятилетки, хватая губами воздух, бессильно повалились в траву. Кто поживее, жадно пили — пришлось их одернуть, иначе не встанут.
Хуошан шумно сопел. Яньлинь кривилась, держась за бок. Последовать примеру младших учеников ей не позволяла гордость.
— Дыши! — я подставил плечо, и подруга благодарно вцепилась в него.
Отсюда до Чаш шесть ли: на какое-то время мы в безопасности.
Будут ли нас преследовать? Я был уверен, что учитель не пропустит врага, но полностью исключать такую возможность не мог, а значит, лучше разделиться на три группы. Что вражеских мастеров тоже как минимум трое, я старался не думать.
Яньлинь с Хуошаном пойдут вдоль реки — это самый долгий путь, но и самый безопасный. Линг — по северному краю леса. Я же возьму самых выносливых и попробую прорваться напрямик через пустошь.
— Встаем! Не время разлеживаться!
— А где Линг? — неожиданно спросила Яньлинь.
Я осмотрелся, понял, что его рядом нет. Неужели вернулся? Дурак! Внутренний голос ехидно уточнил, а действительно ли Линг — дурак, или наоборот — это я слабак и трус? Сбежал, когда должен был поддержать⁈ Фохат переполнял тело, заставляя рваться в бой. Сдерживаясь, я сжал кулаки так, что на ладонях остались лунки от ногтей.
У меня приказ учителя — защитить младших учеников. И он важнее того, что хотел я сам.
— Встаем! Нужно идти дальше!
Мастера догнали нас на полпути к деревне. Учитель, пошатываясь и припадая на раненую ногу, нес изломанное тело Линга, за ним молча, опустив голову, брела старейшина Юи. Распущенные черные волосы скрывали лицо. От покрытого темными пятнами ифу пахло кровью. Спрашивать, что именно произошло в долине, не рискнул никто.