Ирина кивнула.
— Ну, что-то подобное я и предполагала.
— Что это за существо такое? — тихо спросил Кирилл.
— Мавка.
— Чего?
— Мавка, я же говорю.
— Так они же вроде…
Ирина поморщилась. Пересказывать то, что она услышала от наставницы, не слишком хотелось, ну да ладно. Оборотень имеет еще одно большое преимущество. Рядом с ним можно говорить тихо-тихо, чтобы никто другой не услышал. А у него-то слух куда как острее человеческого.
— Официально мавка — это дух некрещенного ребенка. Но в данном случае все еще хуже. И крестины тут не при чем. Будь эта девушка не беременна, может, и обошлось бы. А тут все один к одному. И сама она сильно обижена, и душа нерожденного ребенка покоя не нашла, а может, и еще чего… Сходишь потом со мной к этой Никаноровне?
— Схожу.
Ирина благодарно кивнула.
— Это даже не совсем мавка. Это хуже. Если у меня сил не хватит справиться, бей ее крестом, святая вода у тебя с собой есть?
— Две минуты, сейчас до машины добегу. И церковные свечи есть, не то барахло, которое продают по рублю, а настоящие…
— Тащи. Христианская символика для них что крапива. Хоть отпугнешь.
— Как я узнаю, что вмешиваться надо?
Ирина фыркнула.
— Не перепутаешь.
Вот и околица деревни. Место, где терялись следы детей.
И ведь не к реке они пошли, нет…
Ирина осмотрелась вокруг, махнула рукой людям.
— Отойдите, и ближе чем на двадцать метров даже не подходите. Ясно?
Народ закивал.
— Я прослежу, — рыкнул Кирилл.
Ирина подумала про пастушью овчарку и стадо баранов. Ну, тут пастуший волк…
Девушка подумала еще пару минут и подобрала ветку. А потом принялась чертить круг, заключая в него себя и куколок. И знаки нарисовать не забыть.
Те самые, старые, которые уж и не помнят почти…
Солнце, огонь, одолень-трава, громовое колесо — иначе не справиться.
А теперь…
Ирина достала нож. Самый обычный, с пластиковой рукояткой, купленный в свое время рублей за пятьдесят. Картошку им чистить было замечательно.
А сейчас…
Девушка положила перед собой первую куклу.
— От крови — к крови, от нави к яви, от Мораны к Живе…
Полоснула себя по пальцу, кровь закапала на куколку, больно… а что делать, если некоторые знаки только кровью рисуются? И больше ничем?
Ничего, надо вытерпеть, надо справиться. У Ирины было такое ощущение, что она тащит из воды бревно. Тяжелое, скользкое, гадкое, и надо его вытащить, надо не допустить, чтобы сорвались руки… и как же болит порез….
Вот и она, кажется… ну, иди сюда, тварь!
Кирилл смотрел на девушку, которая стояла в круге на коленях и что-то шептала.
Что-то?
Этого заговора он не знал. Так ведь он и не специалист, чего уж там. Ирина явно знала, что делает… откуда? Силу ей передать могли, а вот знания…