Игнорируя приказы с флагмана, многие корабли поворачивали обратно, судорожно ставя все паруса. На некоторых из них начался бунт, и уже кипела ожесточенная схватка между некогда соратниками. Повсеместно, особенно на получивших повреждения бригах и фрегатах, матросы в панике бросались в воду, забывая, что большинство из них даже не умеет плавать. Гаспар Касто с ужасом смотрел на это, но ничего не мог сделать. Неужели, это конец всем планам? Неужели его старания были тщетны? Неужели идеям о могучей Испано-Французской империи так и не суждено воплотиться в жизнь?
Редкие порывы прохладного, океанского ветра, едва слышные удары волн о борта. Полторы сотни вымпелов, растянувшиеся от горизонта до горизонта, пылающие корабли на фоне алого заката, крики смерти, боли, отчаяния. Картина, по-своему прекрасная в своей гибельности, ужасающая своим великолепием. Лишь сумасшедший в своей гениальности художник способен создать из всего этого настоящий шедевр.
Свейн Блум стоял на вершине мачты, и взирал на дело разума своего, поистине разрушительного разума, достойного самого жаркого котла в христианском Аду, или почестей скандинавской Вальхаллы. Впрочем, наемник никогда не был религиозным человеком, а глядя на развернувшуюся картину, его брала гордость, особая гордость творца смертоносного орудия при виде, как оно убивает врага. Кто-то назовет его дьяволом, чья мысль разит лучше клинка, кто-то припишет к лику героев, сражающихся за правое дело. Блум же не считал себя ни первым, ни вторым, он был убийцей, чертовски умелым, но все же простым убийцей.
Можно ли решить проблему убийством одного человека? В большинстве случаев да, можно, но на этот раз Свейн опоздал. Армада собрана, армада выдвинулась в путь, у армады есть цель, и неважно, кто ведет армаду. Неглупый наемник понимал, что его основная задача — вовсе не убить 3-х человек, он должен исправить историю. Год назад смерть Гаспара Касто могла этому способствовать, сейчас же — нет. Флотилия уже собрана, а командовать ею наверняка сможет любой из приближенных испанца. Это значит, что убийство последнего не решит проблему, история окажется неизменной. И. В. не окрасится в приятный зеленый оттенок, он продолжил выдавать все новые и новые цели. Чтобы завершить миссию, Блуму нужно остановить армаду.
Как уничтожить флотилию, что может насчитывать больше сотни судов? Ни одну бессонную ночь Свейн провел, размышляя над этим вопросом. В конце-концов ответ созрел — никак. Уничтожить столь значительные силы, не обладая как минимум вдвое меньшим количеством вымпелов, невозможно. Понятно также, что даже 50 судов не сможет выставить ни одна держава. Такие силы имелись и у Англии, и у Римской империи, но отрывать их от побережья, где ведутся непрекращающиеся баталии, никто не будет. Уничтожить армаду нельзя, но Блуму и не нужно этого делать. Его задача: не уничтожить, а остановить, что имеет существенную разницу. Тогда, на побережье во время разговора с графом, у наемника уже были примерные наброски плана.