Они на меня глазеют.
Я смотрю на экран – убираю блок, открываю диалог с этой сучкой.
Голые фотки.
Я не думаю, я швыряю телефон в стену, он разлетается.
Максим дёргается:
– Ты, блядь, совсем охренела?!
Дальше снимаю кольцо с пальца, швыряю ему в лицо.
Он злится, губы сжаты.
– Варя, давай без истерик!
– Без истерик?! – я почти смеюсь. – Ты сейчас серьёзно?!
Любовница потягивается, не стесняясь.
– Ну чего ты, Варь, бабы, конечно, разные бывают, но твой муженёк любит, когда женщина горячая в постели. А не как бревно.
Я так резко двигаюсь, что она даже дёргается.
– Тебя, сука, забыли спросить.
– Ой, всё, – она скалится, не переставая натягивать на себя простынь. – Ты ж всё равно его уже не удержишь, раз он сюда меня привёл.
Я медленно киваю.
Поворачиваюсь к Максиму, и смотрю прямо в глаза.
– Ты меня трахал и говорил, что любишь. Ты целовал меня и говорил, что я самая красивая. А сам?
Максим дёргается, но мне плевать.
– Ты говорил, что я твоя. Что я лучшая. И что теперь? Я, оказывается, скучная? Фригидная?
Он раскрывает рот, но я не даю ему вставить слово.
– Так вот, Макс. Ты – просто жалкий мужик, который даже на измену не способен без подлянки.
Он моргает, пытается ухмыльнуться, но я вижу, что его бесит, что я не кричу, не плачу.
– Да ладно тебе, Варь, – он машет рукой, будто это какая-то мелочь. – Ты думаешь, другие мужики верные? Все изменяют. Это просто секс, расслабься.
У меня внутри всё леденеет.
– Просто секс?
Он пожимает плечами, поджимает губы, явно не понимая, почему я не устраиваю истерику.
– Ну да.
Я киваю.
Разворачиваюсь и ухожу.
Не бегу.
Не оглядываюсь.
Просто иду к воротам, открываю калитку и выхожу за пределы двора.
Я не знаю, куда мне идти, что делать.
Не чувствую ничего.Просто поднимаю руку, останавливаю такси.Сажусь на заднее сиденье, закрываю глаза.
– Куда? – спрашивает водитель.
Я не знаю.
Но точно подальше отсюда.
Такси подъезжает к бизнес-центру. Я долго смотрю на здание, пытаясь собраться с мыслями. Катя работает здесь. Максим тоже должен был бы быть на месте. Но он сегодня, видимо, решил прогулять, устроив себе праздник с любовницей.
Усмешка сама собой появляется на губах. Горькая, безрадостная. Дождь, как по заказу, льёт стеной, будто природа решила подчеркнуть всё то дерьмо, что творится у меня внутри. Я плачу за поездку, открываю дверь, и тут же оказываюсь под ледяными струями. Вода мгновенно пропитывает волосы, стекает по щекам и шее, и мне почему-то даже становится легче. Этот холодный дождь чуть притупляет боль.
Слова Максима снова и снова звучат в голове. “Фригидная. Кто бы её ещё терпел, кроме меня?” Сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони, но это не помогает. Я ускоряю шаг, стараясь отмахнуться от воспоминаний, направляюсь к входу.