– А я очень скучал. – Шепнул он мне на ухо бархатным голосом, запуская по спине волну мурашек. А потом крепко взял меня за руку и повел за собой. Но не в дом, а в сторону дороги, где до сих пор стоял экипаж, на котором приехал Родерик. – В замке сейчас никого нет, а в твоем доме слишком много лишних свидетелей.
– Хочешь заманить меня к себе и соблазнить? – Неуклюже пошутила я, ощущая в груди трепет, будто там, вокруг сердца порхали бабочки.
– Именно так, дорогая. – Совсем не шуточным тоном подтвердил Макс.
От присутствия дарха я словно опьянела. Все время, что ехали до замка, мы целовались, будто подростки в кинотеатре на задних сиденьях. Поцелуи, нежные и горячие, перемежались с ласковыми словами и обоюдными признаниями, как мы скучали друг по другу.
Но стоило выйти из экипажа, ледяной ветер остудил мой пыл. В голове постепенно прояснялось, и когда за нами закрылась тяжелая дверь, отсекая от снежной метели, я решила, что прежде, чем делать следующий шаг, нам все-таки нужно поговорить. Но никак не могла подобрать слова, чтобы начать этот, безусловно, нелегкий разговор.
– Арианна, что-то не так? Тебя что-то тревожит? – Макс легко почувствовал мое настроение и заглянул в глаза.
Я отвела взгляд, пытаясь решиться, но он снова заговорил.
– Я знаю, ты думаешь, что привез тебя сюда для того, чтобы остаться наедине. И это так. Не хочу, чтобы в такой важный момент нам кто-то помешал.
Я взглянула на него с недоумением. Что за важный момент?
Поймав мой взгляд, Макс усмехнулся и церемонно предложил мне руку. Я вложила пальцы в его ладонь, и он повел меня в гостиную, где уже жарко горел камин, а на столике между двух кресел стоял графин, бокалы и трехуровневая подставка с крохотными закусками.
– Арианна Холланд, – начал Макс таким тоном, будто мы находились на светском приеме. Я закусила губу – боялась, что от волнения ляпну что-нибудь неподходящее. – Я знаю, что по всем правилам мужчина должен определенный срок отвести на традиционные ухаживания и только потом переходить к физическому проявлению любви. Но рядом с тобой я просто не могу удержаться.
В ушах зашумела кровь. Вот он, тот самый серьезный разговор. Ладошки снова вспотели, и мне захотелось украдкой вытереть их о платье, но я не смела даже пошевелиться. Макс смотрел на меня так, будто сейчас должна была решиться его судьба.
– Ты ворвалась в мою жизнь, и я просто потерял голову. Ты – единственная, о ком я могу думать. Единственная, ради кого я хочу бросить все дела. И единственная, кого я могу представить в качестве своей жены.