— Я подумаю, Михаил Васильевич.
— И ещё подумайте, как тех спецназеров, что уже работают на братьев Ларионоых, прибрать к рукам. Может быть вместе с Полубояриновым.
— Кхм! Вы не понимаете. ГРУ и КГБ — это как кошка с собакой. У них соперничество заложено на генном уровне. Это, как гадюку с ежом свести.
— У нормального хозяина кошка с собакой ладят и выполняют свои функции: одна мышей ловит, другая дом стережёт.
— Хм! Ловко вы распределили функции, — сказал Григорьев и уважительно посмотрел на меня. — Я сделаю всё, что смогу. Если они не погрязли в криминале…
— У них сейчас серьёзный, внутренний конфликт. А сами братья очень подозрительны до паранойи и по моим сведениям, имеют поддержку Московского олигархата и, одновременно, воровских авторитетов.
— Кхм! Они же бывшие комсомольские работники!
Я вздохнул.
— Не мне вам раскрывать глаза, Константин Александрович. Ларионовы уголовные преступники. За ними уже около десятка убийств. Причём, как чужих, так и своих.
— Я понял. Посмотрим, что можно будет сделать.
Я снова вздохнул и подумал, что Григорьева нужно менять. Мавр сделал своё дело. Мавр должен уйти. На заслуженную и достойную пенсию. Кого поставить? Вот вопрос. Они же буквально все, кхм, безопасники, в конце концов, совершают попытки переворота, что в государстве, что в корпорации. Так всегда было и так всегда будет. Не даром Сталин их тасовал. Но под конец жизни не успел-таки Берию снять. Видимо устал. Поэтому я и привлёк к управлению самих безопаснков. И фактически передал им свой бизнес. С Дроздовым мы решили ещё до создания молодёжного центра, что всё имущество, нажитое непосильным трудом, отойдёт «системе».
Он тогда ещё не понимал, что я имею ввиду, так как я в этом мире не пророчествовал о развале СССР, а просто создавал параллельную государственной финансовую копилку для комитета. Я объяснил Дроздову к чему приведёт приватизация и акционирование и мой прогноз поразил его до глубины души. С одной стороны поразил, а с другой воодушевил. Он тогда ещё не верил в распад СССР. Хотя, я и об этом говорил. Не пророчествовал, но рассуждал, да.
Про Ларионовых я знал из чужой-своей памяти и из источников, приближённых к ним непосредственно, а именно — средств прослушивания. Плазмоиды были отличным инструментом сбора информации, особенно в, хм, руках Флибера. Ещё на рыбалке я, размышляя о том, кто бы мог организовать моё убийство, «отмёл» Баула и губернатора. Это не их методы. За мной явно стояли силовики, хоть и бывшие. Но «бывших комитетчиков», как говорится не бывает. Не могли бы они покуситься на «святая святых».