Зелье прорыва, часть вторая
— А, сыы, вы, ау, и-и, а?
Я обернулся и нехотя отошел от огромного котла. Он был высотой мне по подбородок, пришлось даже приставить к его пузатому, закопченному боку — лестницу. Сейчас в нем настаивалась основа для зелья прорыва.
Посмотрев на очнувшегося, Ча-ча, безумно вращающего своими фасетчатыми глазами в попытках сфокусировать на мне взгляд, я не испытал к нему ничего, кроме отвращения. Этот неприятный запах…
— Ау, о, а, ы…
Видать, я слишком сильно ударил его по голове. Бессвязная речь. Кровь из носа. Перекошенное лицо.
Безразлично отвернувшись, я вернулся к котлу. Поднялся по приставленной к нему лесенке и начал помешивать основу из молока и воды из моих странных комаров, не забывая насыщать этот бульон своей магией.
Ну и старался сам не упасть в котел. Лестница подо мной пошатывалась.
— Кто, ы-ы-ы, ТЫ⁈ — Выдавил-таки Ча-ча из непослушного рта нормальный вопрос.
Нахмурившись, я резко ответил.
— Кай.
Он замолчал, переваривая сказанное мной.
Я обернулся через плечо. Слуга Повелителя Мух пристально смотрел на котел. Основа кипела и иногда переливалась через край, так что он видел цвет зелья.
— Белое? — Пробормотал он. — Пахнет молоком. Это же…
Удивление на его лице сменилось яростью.
— ТЫ⁈ — Сердито зашипел он, и в его голосе прорезалось жужжание мухи. — ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ КТО Я?
Я отвернулся и безразлично пожал плечами.
Ой! Ну вот. Опять. Все молоко виновато. Поднялась пена и мне срочно нужно ее снять.
— Чуть не упустил момент, — пробормотал я, укоряя себя за нерасторопность.
Промедлил бы и все выкипело. Труды насмарку. Зелье на молоке очень капризное.
Ча-ча тем временем продолжал мне угрожать, а когда это ему надоедало, вкрадчиво уговаривать.
— Тебя найдут. Повелитель Мух и его старшие слуги почуют мою силу в твоем теле. Еще не поздно отпустить меня. Я обо всем забуду. Обещаю. ДА ОБЕРНИСЬ ЖЕ ТЫ!
Меня немного повело в сторону, но я мотнул головой и продолжил помешивать основу. Спросил, так и не обернувшись.
— Заклинание поволоки ? Хорошая попытка.
Он скрежетнул зубами.
— Отпусти меня. Пожалуйста.
Вот теперь я обернулся.
— ПОЖАЛУЙСТА? — Спросил я, выпуская свой гнев наружу. — Знаешь что это? — Постучал я пальцем по своему носу.
Мой голос дрожал.
— Это Хеморецепция, тварь. Скажи-ка мне, почему я чувствую исходящие от твоего духа детские страдания? Плачь? Сколько невинных душ ты загубил, отрыжка ведьмы⁈ Сколько детей погубил⁈ Стариков⁈ СКОЛЬКО⁈
Он молчал. В глазах злость с желанием убить меня вперемешку с беспомощностью.
— Я знаю, КАК достигают могущества, такие как ты, — процедил я каждое слово. — Не проси меня о милосердии, мерзость!