Я знал об этом неофите все. По моей просьбе ребята Звияги даже как-то спровоцировали его, и, пугая их — он показал им свое единственное заклинание. Так что я был готов. Опасения вызывали лишь «подарки» Повелителя Мух, которые он мог заслужить, но это вряд ли. Жалкий неофит и Повелитель Мух?
К этим тварям, чья суть человека исковеркана до неузнаваемости, у меня свои счеты.
Маги Империи Плеть хотя бы не притворяются нормальными людьми. Они вполне серьезно считают себя высшей расой и пропагандируют эту мысль среди простого народа. Все ради силы и величия своей прогнившей Империи.
Церковь Спасителя — безумные фанатики, которых мне даже в чем-то жалко. Другой жизни они не знают.
Слуги разумных монстров — иные. Они добровольно приняли чужую суть. Мне противна наша политика, когда им разрешают жить рядом с людьми, хотя знают что они монстры в человеческом обличии и ими во многом движут инстинкты, а не разум.
Мерзость! Грязь! Их запах мне отвратителен!
Чтобы успокоиться, пришлось намотать несколько кругов вокруг фактории, и взять в уличном кафе полюбившийся мне сладкий коктейль. И только после этого я смог мыслить рационально.
Океания — единственный крупный осколок нормального мира. Пропади мы, и власть в свои руки снова возьмут ведьмы, что-то притихшие в последнее время.
Тут, конечно, можно поспорить. Да. У нас тоже не все в порядке. Но мы хотя бы не устраиваем массовые жертвоприношения своему богу по праздникам и не пропагандируем убивать магов других государств, просто для того, чтобы запихнуть кусок его Атолла и тонкого тела в банку. Не говоря уже о том, что обычные люди у нас живут свободно. Им не нужно получать разрешение, чтобы сменить место жительства или завести семью и детей.
Я следил за Ча-ча (так зовут неофита) и за факторией до позднего вечера. Он лично закрыл лавку, навесив на дверь огромный замок. Проконтролировал работу нанятых плотников, накрепко заколотивших окна толстыми досками, расплатился с ними, после чего с мерзкой улыбочкой на лице, неторопливо, направился в сторону Бутылки — озера в черте города, рядом с которым расположены общежития сразу нескольких женских училищ. Ча-ча (до чего же мерзкое и слащавое имя) имел у дам успех. Его экзотическая красота аборигена и фасетчатые глаза мухи — вызывали какое-то неестественное покраснение щечек у девушек.
Тьфу!
Стоит признать — там, где жил — он не гадил и девушки после ночи с ним возвращались в свои общежития живыми.
На улицах включили фонари, и дорогу залил зеленоватый свет ламп. Я шел позади него и был все ближе и ближе. Он стал оглядываться, видимо чувствуя мой взгляд затылком. Уже скоро, тварь.