— Она издевается, — процедила Маша. — Точно издевается. Вот поймаю и…
— Вам везет, — неожиданно сказала Каримова. — Везет что она с вами в одной команде…
Маша повернулась к ней.
— В смысле?
— В прямом. — Каримова кивнула куда-то в толпу. — Смотри.
Лиля была у памятника Яну Гусу. Чёрный силуэт на фоне огней — строгий, торжественный. А у его подножия — группа людей с гитарой. Пели что-то медленное, красивое. Чешское, наверное.
Лиля сидела прямо на ступенях памятника. Рядом — парень с гитарой, девушка с длинными волосами, ещё двое. Они пели, и Лиля пела с ними — не зная слов, просто мелодию, голосом без слов, но попадая в ноты, в ритм, в настроение.
Парень с гитарой посмотрел на неё. Улыбнулся. Взял другой аккорд — что-то знакомое, узнаваемое. «Yesterday»? Битлз.
Лиля засмеялась, захлопала в ладоши. И запела — по-английски, с жутким акцентом, путая слова, но запела. И девушка рядом подхватила, и ещё кто-то, и вот уже человек десять поют «Yesterday» у памятника Яну Гусу посреди ночной Праги.
— Как она это делает? — тихо спросила Зульфия.
— Не знаю, — сказала Каримова и покачала головой. — Но хотела бы знать. Хотела бы так же уметь. Жить легко… не задумываясь о будущем. Никогда не думали, что самое светлое будущее за теми, кто про него не думает?
Маша посмотрела на неё. На Пиковую Королеву, которая стояла и смотрела на Лилю — не со злостью, не с насмешкой. С чем-то похожим на зависть.
— Пошли, — сказала Маша.
Они подошли к памятнику. Песня закончилась. Люди хлопали, смеялись. Парень с гитарой обнял Лилю за плечи — по-дружески, легко.
— Wie heißt du? — спросила девушка с длинными волосами.
— Lilja, — ответила та. — Lilja Bergstein. Aus Russland.
— Bergstein? — парень с гитарой поднял брови. — Das ist ein deutscher Name, ja?
— Ja, ja! Wolgadeutsche! Meine Großmutter…
— Лилька! — не выдержала Маша.
Лиля обернулась. Увидела их — всех, толпой, с красными лицами, с растрёпанными волосами, с выражением «ну-ты-и-влипла-подруга!».
Улыбнулась.
Широко, радостно, без тени раскаяния.
— О, привет! — сказала она. — А вы тут откуда?
Маша открыла было рот, чтобы высказать этой мелкой оторве все что она о ней думает, но потом оглянулась вокруг, на людей, на праздник, на площадь и закрыла его. Подумала. Открыла снова.
— Познакомьтесь! — тем временем Лиля представила им своих новых друзей. — Это Томаш, это Ева, это… как тебя? Петр? Да, Петр! Или Петер? Все же Петер? Ага. А это мои подруги! Тоже из России! Мы тут на соревнованиях! Волейбол! — она изобразила подачу, и все закивали, заулыбались.
— Lilja, — сказала Ева, — deine Freundinnen sind sehr… серьёзные, — она подобрала русское слово и засмеялась.