А это означало, что в исследованиях можно будет и дальше себя ничем не ограничивать — бесперебойное финансирование и снабжение всем необходимым, начиная от специалистов, и заканчивая необходимыми редкими материалами, будет обеспечено на высшем уровне.
А еще — гарантированное уважение и признание в германском научном сообществе, которое до сих пор не принимало всерьез некоторые поистине революционные открытия профессора Рудольфа Левина. Ну, ничего, он еще покажет, как говорят русские, Кузькинью мутер, всем этим чванливым засранцам, игнорирующим его несомненную гениальность!
— Скажи мне, Руди, ты действительно считаешь, что всё изложенное — не досужие домыслы твоего молодого протеже? — наконец произнес рейхсфюрер, обратившись к оберштумбаннфюреру СС по-дружески неофициально. И это был очень хороший знак.
Гиммлер вновь надел очки и еще раз бегло пробежался глазами по документу, и изумленно покачал головой:
— Надо же было так завернуть: русская ведьма на службе у красных комиссаров!
Левин уже давно работал с главой СС и уже успел изучить его поведение и реакцию на разного рода информацию. И сейчас его шеф, выглядевший немного взволнованным, явно заинтересовался. Его глаза, увеличенные линзами круглых очков, загорелись тем маниакальным блеском, который всегда пугал несведущих профанов. Но Левин точно знал, что на этот раз выдал Гиммлеру ту информацию, которой рейхсфюрер страстно желал обладать.
— Так точно, майн рейсфюрер… — затушив окурок, вытянулся в струнку оберштурмбаннфюрер.
— Оставь официоз Руди, мы не в строю, — вяло отмахнулся от него Гиммлер. — А «в домашней» обстановке в СС все камрады, не так ли?
— Так точно, герр рейх… — по привычке оттарабанил Левин, но быстро поправился, перейдя на неофициальный тон. — Так и есть, Генрих.
— Присаживайся, — указал на один из стульев Гиммлер, — будем разбираться, что же нам со всем этим делать? Откуда поступили сведения? — спросил рейхсфюрер. — По официальным каналам сообщалось, что в этой как её… — Он заглянул в доклад.
— Тарасоффке, — подсказал шефу Левин.
— Да, Тарасоффке, — Генрих кивнул, — произошла всего лишь массовая эпидемия дизентерии…
— Простите меня, Генрих, — ядовито усмехнулся профессор, — но это утверждение ложно. Просто кто-то пытается прикрыть свою задницу, не желая докладывать наверх об истинной причине гибели двух рот наших доблестных солдат!
— И почему же, Руди? — Гиммлер сделал вид, что искренне удивился подобному заявлению.
— Вы же знаете, как относятся к моему отделу в «серьёзных» научных кругах, — поморщился Левин. — Он считают, что изучение оккультных дисциплин — сплошное баловство, не стоящее и выеденного яйца! — Рудольф целенаправленно пытался вывести из себя всесильного рейхсфюрера СС, волокущего практически в одиночку всю «мистическую составляющую» Третьего рейха. И нагнетание обстановки пока неплохо удавалось профессору — Гиммлер начал злиться, постепенно заводясь.