— Олаф, можешь не разуваться, — первым выполнив намеченный план под мощным напором, заявил русский наставник, и по плечу коллегу немецкого похлопал, в силу привычки и иммунитета ради, руки перед тем действием помыть забыв.
— Что такое? — устало обронил коллега, который и сам после каждой работы руки мыть устал. С этой беготнёй хоть мыло из рук не выпускай!
— Оставь пакеты на пороге, идём.
— Куда⁈ — возмутился Олаф Мергенштольц почти без акцента.
— Тут недалеко. Мы быстренько. Туда и обратно, — быстро ответил Глобальный и заявил важно. — Дело у нас есть!
— Какое ещё дело? — психанул напарник и проследовал в туалет, не разуваясь. — Рабочий день закончился шесть часов назад! Русские, вообще, отдыхают? Вы слышали что-то про «рабочие часы»? И понятие об отдыхе имеете? В Германии даже канцлер ночью не работает!
Боря посмотрел на следы за коллегой, поджал губы. Первую неделю иностранец ещё держался в рамках приличия: разувался или бахилы обувал, а затем — как отшептали. То устал, то забыл, то «уже всё равно». Всплыла вторая натура, подноготная.
Глобальному, словно по праву принимающей стороны, всё чаще приходилось мыть полы вечером. Попутно поясняя, что никто им ради этого дела специально обученную женщину в переднике не выдаст. А случайная женщина если и появится на квартире, то лишь с кольцом на пальце. А на левом или правом — сама решит. Всё-таки русские — православные, а немцы — католики или протестанты. И носят кольцо обручальное на разных руках, а наоборот лишь когда — вдовцы или вдовы. И одно это говорит о том, что в одном русле думать никогда не будут.
«Немцы неправильно всё делают, начиная примерно от одиннадцатого века», — пробурчал внутренний голос Бориса: «Придумали тоже: раскол церквей устраивать в 1054-ом, в гости с крестоносцами Ливонского ордена в 1242 заходить помыться. Ливонская война, опять же 1558–1583 годов прыти им поубавила. Брусиловский прорыв им в 1916 году, видите ли, не понравился. А в 1941−1945-ых годах, вообще, многое закреплять в умах пришлось, что не одни они на белом свете жить могут. Да уже в начале 21 века повторять многие истины их внукам пришлось. Повторение — мать учения»!
В историю Боря углубился, пока Роман Петрович Новокуров билеты учил для получения Шенгена и все уши про них прожужжал. Как и про культурные особенности немцев, которых германцами только журналисты называют, когда торопятся прочитать текст по бумажке. Хотя с другой стороны, и о Немеции никто никогда не слышал.
«Дома разуваться принято, что в России, что в Германии», — пробурчал внутренний голос человека, который всегда к новым знаниям стремился: «В отличие от какой-то там Америки Соединительных Штатов, где вроде бы раз в месяц тротуары шампунем моют, а по сути дома так же грязно, как на улице. Потому как никто не будет пылесосить и мыть полы каждый день в помещении от ста квадратных метров и более. А клининг нынче всё дороже и дороже».