— Ты куда? — вмиг меняясь в лице, резко бросил мужчина, когда его компаньон вдруг решительно поднялся с места и уверенным шагом направился к центру помещения.
Впрочем, стоило ему самому развернуться и проследить за направлением Алекса, как всё и без слов стало ясно. На танцполе, освещённом тёплым светом прожекторов, явно перебравший алкоголя мужлан — на вид лет под сорок, напоминающий выбравшегося из леса разбойника с густой растопыренной в разные стороны бородой — неудачно пытался подкатить к молодой темноволосой девушке в чёрном платье. Последняя, до этой секунды, весело отплясывала под звуки живой музыки, которую совсем недавно начала играть группа в углу зала.
Ещё пару минут назад сверкающая беззаботной улыбкой на губах девушка сейчас резко изменилась в лице и явно пыталась дистанцироваться. Но дикарь, похоже, воспринял такую реакцию как личный вызов и решил проявить настойчивость. И если изначально всё ещё и выглядело в рамках относительного приличия, то под конец этот раскрасневшийся бык стал вести себя уже откровенно по-хамски.
Казалось, в эту минуту здорово напряглась едва ли не добрая половина заведения, внимательнейшим образом наблюдающая за происходящим. Несколько мужчин даже сорвались с мест, чтобы вступиться за девушку, но оказавшийся в центре танцпола Алекс успел первым.
— А ну убери от неё свои лапы, ублюдок! — резко бросил молодой парень, хватая за кисть навязчивого мужчину и оттаскивая его на себя, тем самым создавая между ним и девушкой больше пространства.
Последний в долгу не остался. Даже не пытаясь разглядеть лицо подошедшего сбоку, он развернулся и со всего размаха зарядил Алексу в челюсть.
Публика в зале, до этого просто наблюдавшая за танцами, разразилась гомоном на разный лад. Люди невольно образовали плотный круг, в центре которого оказались двое мужчин.
Один — молодой, высокий, в джинсовых брюках и белой футболке, подчёркивающей силуэт спортивного, подтянутого тела. Другой — не меньше ростом, но намного массивнее и тяжелее, с чёрной неухоженной бородой, в выцветшей безрукавке цвета хаки, надетой прямо на голое тело. Лицо его было перекошено гневом, а кулаки крепко сжаты.
— Я тебя сейчас надвое порву, сопляк! — прорычал бугай, поднимая руки и занимая боксёрскую стойку.
Алекс, казалось, пропущенный удар всерьёз не воспринял. Лишь слегка встряхнув головой, он также принял стойку, сплюнул на пол и, прищурив глаза, холодно бросил:
— Бьёшь как сучка.
Фраза, сказанная ровным голосом без намёка на испуг, стала явным триггером для дальнейших действий здоровяка. Тот, с шумным выдохом и грозным рыком, ломанулся вперёд, выбрасывая в сторону Алекса целую серию размашистых и мощных ударов. Казалось, каждый из них был способен снести голову или как минимум повалить противника на пол.