— Всё так плохо? — нахмурился я.
— Да.
Пока я вёл беседу с дежурным полицейского участка, а затем и с его начальником, Кали прошерстила кабинет полковника Ларина и быстро нашла не только дело, которое поразительно быстро накатали на Горелого, но и даже пару пачек денежных купюр, очевидно выступающих локомотивом такого быстрого и однобокого расследования. Отсюда, к слову, и такое пренебрежение к этому оборотню с моей стороны. А что касается дела, то почему-то про текущее состояние «жертвы» там пока ничего не было. Возможно банально не успели.
— В какой больнице? — бросил я, откинув лишние мысли.
— Меня замели и ничего толком не рассказали… — выдохнул Смирнов.
— Понятно.
Вытащив из внутреннего кармана пиджака телефон, я набрал номер из записной книжки и уставился в окно.
— Алло, дядя? Нам нужно очень срочно найти человека, — не дожидаясь ответа, быстро промолвил я. — Самсонов Вадим. Известно, что не ранее чем прошлым вечером попал в больницу.
— Служак твой?
— Откуда знаешь?
— Работа у меня такая, — коротко усмехнулся Святогор и добавил: — Принял, работаем.
Положив трубку, я перевёл взгляд на сидевшего напротив боевого товарища и произнёс:
— Сейчас найдётся. А ты пока всё мне поподробнее рассказывай.
История, которую в следующие пятнадцать минут поведал мне Горелый, была стара как мир. Оборзевшие от вседозволенности аристократы против бедных и несчастных простолюдинов. Правда, если отбросить лёгкие прикрасы моего товарища и добавить то, что он позабыл упомянуть и рассказал только после дополнительных наводящих вопросов, выходило следующее: один из представителей нашей местной золотой молодёжи, полностью игнорируя правила дорожного движения, летел по ночному городу, и на одной из улиц, выскочив на красный, сбил на пешеходном переходе ныне лежавшего в больнице Самсонова. Горелому в это время, по его словам, удалось выскочить из-под колёс буквально в последний момент.
Следом ехавший за своим господином джип с охраной, в отличие от первой машины, остановился. Вывалившиеся оттуда дуболомы осмотрели ребят, после чего их главный предложил всё быстро замять, путём пожертвования денег «на лечение бросившегося под колеса».
— Двадцать тысяч рублей, говорит, дадим! «Но чтобы без всяких заявлений», — злобно выдавил Смирнов. — А я гляжу на Самсона… а он едва шевелится, голова в крови… я и не выдержал, и как с психу их послал! Суки! Был бы автомат — пострелял бы этих тварей, отвечаю!
— Да уж… только вряд ли бы это помогло, — озвучил я свою мысль.
— Дальше скорая, полиция… — выдохнув, продолжил рассказ товарищ. — Я, естественно, заявление это стал катать. Номера, марку машины — всё помню. Даже герб их ублюдочный… И что ты думаешь⁈