— Присаживайся, Алексей, — достав что-то из шкафа, монарх проследовал к своему месту, параллельно указав мне открытой ладонью на одно из свободных кресел.
Коротко кивнув, я шагнул вперёд и с удобством расположился по другую сторону от стола, напротив хозяина кабинета.
— Он вышел ростом и лицом, — бегло оглядев меня, улыбнулся Романов.
— Спасибо матери с отцом, — не удержавшись, добавил я в рифму.
Возникла небольшая пауза, во время которой глаза императора скользнули по сияющей на моей груди награде, после чего, по всей видимости, что-то решив в своей голове, Романов продолжил разговор.
— В первую очередь, хотелось бы ещё раз выразить благодарность за блестяще проведенную операцию, — вновь заглянув мне в глаза, серьёзно начал он. — Нам действительно стало легче дышать, когда напряжение на южных границах империи спало. И я думаю, это хороший знак, что наше знакомство начинается с такой ноты.
— Служу Империи! — на один тон громче выдал я, едва монарх закончил свою речь.
На самом деле, перед поездкой сюда у меня целых три дня был «ненавязчивый» инструктаж от самых разных людей: от графа Белорецкого и дяди Вити, до полковника Калинина и местного церемониймейстера. Мне весьма недвусмысленно объясняли, о чём не стоит говорить с императором, какие вопросы нельзя поднимать, и даже пытались научить как на него нужно смотреть. К слову, тот самый церемониймейстер был тут же послан на хрен за такую заботу, о чём я ни капельки не жалел.
— Достойный ответ, — довольно кивнул Владимир Алексеевич и после небольшой паузы продолжил: — Как тебе наш приём, как Москва? Успел хоть немного отдохнуть?
Император не только пребывал в прекрасном настроении, но и однозначно демонстрировал мне своё расположение. Можно было, конечно, в эту секунду расслабиться и выдохнуть, польстив самому себе, ведь было очевидно, что им тут от меня явно что-то нужно. Но к собственному счастью, я был не так глуп, и напротив, немного насторожился.
— Приём понравился. Довольно патриотично и приятно вышло, — признался я. — А вот Москву посмотреть, как толком и отдохнуть — не вышло. Времени в обрез. Да и самоощущение странное — к отсутствию звуков выстрелов и разрывов бомб, я пока ещё не привык.
Жаловаться, конечно, и в мыслях не было, просто я решил ответить на вопрос откровенно и не скрывать эмоций.
— Привыкнешь. Не сразу, но привыкнешь — к хорошему быстро привыкают, — неожиданно задумался собеседник, уставившись в пустоту. Но следом быстро пришёл в себя и добавил: — А что касается времени, то тут не поспоришь. Поэтому, к сожалению, нам придётся перевести разговор на более важную тему. Как ты, думаю, понимаешь, эта встреча была организована не просто так.