Тень пробежала по его лицу.
— Найди того, кто стоит за этим. — Курт гнул ко мне, наклонился. — Любой ценой.
Я кивнул ровно настолько, чтобы это нельзя было назвать неповиновением.
— И, Лейран… — его пальцы разжались, ладонь легла на моё плечо, тяжесть давящая, но не сжимающая. — Не подведи меня.
Я не ответил. Как будто бы мне было дело до этого.
И как будто я сам не понимал, что от раскрытия секретов Себиана зависело мое будущее.
Лицемерно? Ведь совсем недавно я был в похожем положении, и это мои секреты были нужны другим.
Я так не считал. Ведь Себиан, в отличие от меня, был самым настоящим мажором. Главная ветвь, родной дед — старейшина, лучшее обращение с самого детства было только у членов королевской семьи.
От раскрытия личности создателя льва он ничего бы не потерял. Никто бы не посмел использовать его как подопытную крысу, наоборот, его бы окружили максимальными вниманием и заботой, как лучшего на свете внука.
К тому же, если бы способ создания проводников-львов стал достоянием клана без моего в том участия, мой «контракт» с Куртом на проводников-насекомых без всяких сомнений был бы аннулирован.
А значит я лишился бы всех своих козырей и возможности противостоять Теневому Сообществу, которое точно не забыло обо мне и просто ждало удобного момента.
Так что нет, это не было лицемерьем. А даже если и было, мне было плевать.
Тени в коридоре центра стажировки сгущались, как будто само здание затаило дыхание. Я прислонился виском к холодной каменной стене, ожидая.
Шаги приближались — тяжелые, уверенные, с отзвуком металлических подошв по плитке. Он даже не пытался скрыться.
— Чего тебе надо, паучник? — спросил Себиан, выйдя из-за угла коридора и встретившись со мной взглядами.
— Поговорить, — ухмыльнулся я.
Я сразу понял, что этот разговор не будет приятным. Себиан, стоило ему осознать смысл моих слов, напрягся, встал в позу, сложив руки на груди и вызвал своего проводника-льва — огромного, с гривой, переливающейся как расплавленный металл.
— Ну что, Паук, — его голос звучал как скрежет камней, — опять задумал что-то? Когда ты наконец научишься сражаться как настоящий Регул?
— Ты же уже сам знаешь, Себиан, — я нарочно сделал голос спокойным, — на войне важна победа, а не красивые позы. Или ты предпочитаешь проигрывать с честью?
Его лев рыкнул, и я увидел, как мышцы Себиана напряглись. Он сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до опасной.
— Ты смеешь говорить мне о войне? Ты, который даже ходить нормально не может без своих паучьих костылей?
Я заставил себя расслабить плечи и понурить голову. Провокация вышла на ура, но моя цель была в другом. Теперь, когда парень вышел на эмоции (для чего, вообще-то, даже особо провокация, похоже, не была нужна), можно было начинать следующий этап представления.