Они даже прервали работу, побросав мешки и энергично махая руками дрезине, думая, что приветствуют шелта. Алиса помахала в ответ, что вызвало целый приступ улыбания. Белые зубы на чёрных от угольной пыли лицах смотрелись эффектно.
— Сью, а откуда столько радости? Я, конечно, понимаю что эти твои бро — ребята что надо, но…
— Шелта крепко привязали к себе многие местные племена. У кого лучшие лекарства? Кто может починить всё на свете? Привезти что угодно откуда угодно? Продать лучшее оружие? Показать самые интересные на свете штуки и самые весёлые представления? Без разукрашенных поездов жизнь станет слишком мрачной. Знаешь, какая самая страшная кара применяется баронами к дуроватым оседлым?
— Они давят всех поездом?
— Бр-р-р-р-р, какая кровожадная Алиса! Всё не так плохо: шелта просто перестают останавливаться. Они проезжают мимо провинившихся — каждая семья, каждый поезд. И когда те осознают, что потеряли… Обычно бывает уже поздно.
— Какие жестокие шелта! Сначала подсаживают на свои услуги, товары и развлечения, а потом — опускают обратно в средневековье. Жуть какая! — покачала головой Алиса. — Ну ты давай, работай! А я сэндвичей сделаю и чай налью. Давай-давай, не отлынивай!
— Нормально! — если честно, руки уже здорово гудели.
Но предложить девушке взяться за рукоять с другой стороны он всё-таки не решился. Почему? Правильно! Потому что это — неприемлемо.
Станица Зимовейская, где остановился караван Мальборо, полнилась счастливым предвкушением: шелта приехали! Музыканты уже настраивали свои инструменты, строители стучали молотками, ремесленники разворачивали верстаки со станками, торговцы — прилавки с товарами.
На правах старого знакомого, барон подал Алисе руку, а его лихие демоны галантно расшаркивались.
— Алекса! — крикнул Боуи. — Подбери нашей гостье что-то более подходящее для сегодняшнего вечера. А потом она поможет тебе с десертами.
Жена барона Мальборо и Кавальери были примерно одной комплекции, и потому с нарядами проблем возникнуть не должно. Они мигом нашли общий язык, и даже идея с готовкой не показалась им проявлением мужского шовинизма. Девушки подозрительно быстро спелись, и уже шептались о чём-то, на ходу оглядываясь на своих мужчин и хихикая.
— А ты, бро, пойдём со мной… Для тебя тоже есть занятие! — он подхватил откуда-то ящик с плотницкими инструментами и сунул его в руки Виньярда. — Вот, ты говорил, что работал монтажником! Смонтируй пару навесов, а?
Сью повертел перед глазами барона ладонями, на которых виднелись кровавые мозоли, натёртые рукоятью привода дрезины.