Как же давно я не испытывал этого упоения! Я даже позволил своему противнику думать, что у него есть шансы. Но, к сожалению, у меня слишком мало времени. Напитываю доспех и иду в прорыв. Да, японец — физик, и его удары весьма ощутимы, но пробить доспех он не может. Так что я просто прижимаю его к стенке. Последний удар головой — и я ломаю ему лицо. Тело падает на пол. Я перешагиваю через труп и иду дальше.
Последние вагоны ближе к тепловозу опять пошли пожиже. Видимо, самые сильные ехали ближе к середине поезда, поближе к начальству. Возможно, среди убитых мной хватало военачальников поменьше. Я даже не удивлюсь, если все в этом поезде — офицеры. Мне насрать.
Наверное, со стороны мой забег по поезду неплохо смотрится. Ведь японцы при встрече со мной не стесняются пользоваться убойными техниками. Огонь, воздух, электрические разряды. А поезд — самый обычный, и на применение боевой магии не рассчитан ни разу. В каждом втором вагоне и без моего участия начинается пожар, где-то крыша разорвана, будто дайкайдзю когтями драл. Целых окон почти не осталось, но, что характерно, никто не пытается сбежать. Всё же японцы парни стойкие, надо отдать им должное. Приказа отступать не было, а значит, сбежать — навлечь на себя несмываемый позор. Мои твари сбежать тоже не пытались — на этот счёт у них была чёткая инструкция.
«Лава, давай к тепловозу!»
«Уже лечу!»
Ещё один рывок сквозь тени — и я уже на спине Лавы. Мы пролетаем пару сотен метров вперёд. Мог бы и тенями пройти, но этот момент я хочу прочувствовать сполна.
«Ярик, готов?»
«Моя сила — твоя сила!»
Тут хватило бы и моей силы, но маг земли — это маг земли. К грубой силе примешивается тонкое чувство материи, и то же самое сделать гораздо легче.
И первое, что я делаю — это каменную стену поперёк дорожного полотна, прямо перед носом приближающегося поезда. Поезда, в котором уже нет никого живого.
Мне мало убить всех. Я хочу, чтобы это выглядело максимально жёстко. Шёл поезд, в нём ехали сотни сильнейших одарённых. И вот…
Скрежет и вой металла, грохот, лязг… На всём ходу поезд врезается в гранитную стену. Кажется, тепловоз всей своей массой сможет пробить стену — но нет, она выдерживает. Инерция неумолима — тепловоз подбрасывает, он встаёт едва не вертикально, упёршись носом в камень и подпираемый сзади. Первый вагон тоже подбрасывает, но уже следующий уводит в сторону. А третий — в другую. И вот уже длиннющая змея состава складывается, как складной метр. Один вагон в одну сторону, другой в другую.
И без того разодранный металл переплетается так, что в этом железном месиве не разобрать, где один вагон, а где другой. Но я не жду, пока последние вагоны доберутся до уготованной им участи. Используя всю свою силу и все способности Ярозавра, я сжимаю, уплотняю этот металлолом. Спрессовываю до состояния автохлама под прессом. Энергия течёт рекой, как и пот вперемешку с кровью.