— Я туда не пойду, — решительно произнес крёстный, но я не стал церемониться и просто толкнул его в люк в полу, прыгая вниз следом за ним, потому что лестница сгорела вместе с растениями.
Пройдя по уже пустому помещению, мы остановились перед дверью, ведущей на второй этап.
— Кто отвечал за второе испытание? — напряжённо спросил я.
— Должна была Албакова, — неуверенно ответил Слава. — Точнее, преподаватель по телекинезу совместно с преподавателем артефакторики. Главной числится Албакова.
— О, я надеюсь, добродушная Мальвина никого не захотела убить, — процедил я, слегка приоткрывая дверь.
Только моя реакция, вбитая за долгие годы обучения у Рокотова, спасла Троицкому жизнь. Я перехватил топор за рукоятку в тот момент, когда от лезвия топорища до носа крёстного оставалось не больше сантиметра. Одновременно с этим я ногой захлопнул дверь. Слава свёл глаза, чтобы видеть кончик своего носа и соответственно лезвие топора, и замер на одном месте.
Я в это время притянул к себе топорик, внимательно его рассматривая. Хороший. Нужно себе забрать. Выставив перед собой щит Тьмы, я открыл дверь и рефлекторно пригнулся, принимая на щит ровно девяносто девять кинжалов, растворившихся в щите и осыпавшихся пеплом у моих ног.
— Какая-то комната летающих кинжалов, — хмыкнул я, глядя на совершенно потерянного крёстного. — Я так понимаю, их должно было быть ровно сто, но до круглого числа не хватило, поэтому они решили добить его топориком. Слава, я начинаю тебя бояться: у тебя работают одни маньяки-садисты. Вот представь себе, идут замученные, обожжённые и отравленные девочка, или мальчик, к двери. Про преподавателя забываем, он уже умер под огнём Огнеплёвки, спасая детишек. Ничего не предвещает беды. Открывают дверь и в его или её голову летит топорик, — я посмотрел на зажатый в руке топор, — а сотней кинжалов безжизненное тело пришпиливает к противоположной стене. Вот, собственно, и весь сказ про какого-нибудь потомка Древнего Рода. Но, есть один положительный момент: эти двое хотя бы не мучают свои жертвы перед смертью, чего нельзя сказать о твоём любимом ботанике.
— Что-то точно здесь не так, — упрямо сжал губы Троицкий. — У меня нет настолько сильных магов, чтобы они смогли сделать что-то подобное! Про Волкова не говорю, он филигранно справился своими силами и без магии.
— Прежде, чем отправлять кого-либо на эту полосу, да даже Ромку, ты должен был её проверить! — заорал я, бросая топор на пол.
— Не ори, я всё понял. По идее, я должен был спуститься сюда первым, так что ваши выводы неверны, господа. Убить хотели именно меня, — с этими словами он прошёл через комнату и подошёл к следующей двери.