Резкий оглушающий звук раздался в ухе, в котором находился наушник, извещавший, что связь накрылась медным тазом. Я тряхнул головой и судорожно пытался вытащить дезориентирующий меня наушник. Когда это у меня получилось, я мельком увидел, что Ванда проделала тоже самое.
И практически сразу мы услышали звук летящего вертолёта. Этот стрекочущий звук трудно было с чем-то перепутать, он возник невдалеке так внезапно, что я заподозрил перемещение с помощью портала, но сколько же силы нужно было вложить в подобный артефакт?
Машина вынырнула снизу и зависла прямо перед нами. Лица пилота я не успел разглядеть, зато я успел во всех подробностях разглядеть две ракеты, сорвавшиеся со своих мест и полетевшие в нашу сторону, хотя лететь им было не особенно долго.
Человек, пригласивший меня на эту встречу, вытащил пистолет и начал стрелять в пилота. Я, как и он, понимал бесперспективность данного действия, но ничего другого делать не оставалось. На открытом пространстве чёртовой крыши, нам негде было даже спрятаться.
Одна ракета попала куда-то в район двери, заблокировав группу Вани: я ещё успел услышать сумасшедший стук в дверь, которую, похоже, хотели выбить, чтобы прийти нам на помощь. А ещё я успел отшвырнуть подальше Ванду, когда раздался второй взрыв. Меня отбросило в сторону и сильно приложило о бетон крыши. В голове вспыхнула вспышка, а потом наступила темнота.
— Привет, Дима, давно не виделись, — нежный голос заставил меня распахнуть глаза. Я стоял в уже знакомом месте, где не ощущалось ни верха, ни низа — просто странное для восприятия светлое пространство.
Грань. Мы, Тёмные, называем это место Грань. Граница между миром живых и миром мёртвых. Место, куда можем ступить только мы. Место, где мы можем общаться со своей Богиней. В голове сразу пронеслась мысль о том, существуют ли подобные места у других людей и магов для общения со своими Богами, или такой участи удостаиваемся только мы?
Она улыбнулась, и мне стало немного стыдно своих мыслей. Зачем мне думать о чужих Богах, когда у меня есть своя собственная Богиня. Я внимательно смотрел на неё. В прошлый раз Прекраснейшая предстала передо мной в облике невинного дитя: маленькой очаровательной девочки с ленточкой, которая убирала с лобика иссиня-чёрные волосы. Теперь передо мной стояла девушка лет двадцати. Была ли она красива? Я не знаю. Невозможно оценить красоту совершенства.
— Я умер? — голос был хриплым, в горле першило.
— Нет, — она даже позволила себе слегка удивиться. — На Грань может ступить только живой. Для мёртвых Тёмных существует другое место, где и решается их дальнейшая судьба.