Из всей академии эта девчонка будет последней, кто согласится мне прислуживать. Точнее, так было. До сегодняшнего дня.
— Кхм, — прочищаю горло и намеренно выдерживаю паузу, чтобы не наорать на нее.
— Ты бы все-таки начала следить за речью, — искренне советую, но Яре даже отвечать не нужно.
По лицу понятно: «С чего вдруг? Я, наконец-то, ухожу».
Бесит, но ничего. Сейчас по-другому запрыгаешь.
— Ввиду всего происходящего мне пришлось принять очень неприятное, но единственно верное решение, — сообщаю я.
— Решение? — пугается Яра.
Ага, уже не такая дерзкая. Ничего, сейчас ты вообще завопишь от экстаза.
— Для мира в академии, конечно же, — предупреждаю ее.
Вижу, как янтарные глаза подозрительно прищуриваются. Хочу потомить еще, но эта зараза сейчас психанет и уйдет отсюда быстрее, чем я язык поверну. Нет уж. Будет по-моему.
— До Праздника Свержения осталось несколько дней, Яра. Но считай, что я ускорил твое зачисление в мои подопечные, — сообщаю горемычной столь важную новость и предупреждаю. — Только от визгов благодарности, пожалуйста, избавь.
А она и не собирается как будто. Она вообще вместо того, чтобы обрадоваться, смотрит так, словно сейчас на части порвет.
В чем подвох
Яра Шторм
Мне нужно несколько секунд, чтобы осмыслить то, что сказал Дэмиан.
«Это шутка? Новая издевка?» — так и вертится на языке, но не спешу произносить. Вид у местного бога такой, будто он только что спас целую деревню от демонов и гордится собой. В самом деле считает, что оказал мне милость?
Злость пробирает такая, что пальцы сжимаются в кулаки.
— Как-то ты неправильно выражаешь радость, — Дэмиан то ли подшучивает, то ли озадачен.
Я озадачена не меньше. Шок от пробуждения прошел и наступает новый.
— С чего такое великодушие?
— Сказал же, ради мира в академии, — хмыкает Дэмиан, пуская скучающий взгляд к окну. Но в зеленых глазах все еще пляшут опасные искры.
Мысли судорожно мечутся, пока я пытаюсь понять, с какого перепуга тот, кто хотел меня изгнать, вдруг предлагает спасение.
— Я и так собиралась уйти. С кем воевать, если меня не будет? — задаю резонный вопрос.
— Ты все еще можешь уйти. Но ведь не хочешь, — в уголке губ этого мерзавца появляется тень улыбки.
Он прекрасно знает, что обладает тем, чего я больше всего хочу — доучиться в этой академии и стать заклинателем.
— Просто дразнишь меня?
— Сэйхары не бросают слова на ветер. Я дал обещание — сдерживаю.
Так-то оно звучит красиво, но срок не наступил. Да, я могла бы попытаться задержаться, воспользовавшись новыми возможностями, и что-нибудь придумать за это время. Хотя бы попытаться. Хотелось, очень хотелось. Говорят, надежда умирает последней. В моем случае — она вообще бессмертна.