***
Три глотка крови Марии циркулируют в моём теле, когда я выхожу в сопровождении О’Ши и Майкла. Деймоница Какос находится снаружи уже полчаса. Я должна отдать ей должное — она чертовски терпелива.
— Ну что ж, — говорит она, постукивая безукоризненно наманикюренным ногтем по губам. — Вы пришли к какому-то решению, мисс Блэкмен?
Я холодно улыбаюсь.
— Я плохо реагирую на ультиматумы.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Ситуация изменилась, — отвечаю я. — Может быть, вы видели новости? Мы ответственны за спасение более сотни детей. Вампиры — герои этого часа.
— Вы не хуже меня знаете, что общественное мнение переменчиво. Как вы сказали, вы герои этого часа, но что произойдёт в следующий час? Всем не составит труда вспомнить, что вы не более чем кучка кровососущих извергов, — она пристально смотрит на меня и меняет тактику, очевидно, отчаянно пытаясь сделать что-нибудь, чтобы разозлить меня. — Икс притворялся вашим другом, но на самом деле манипулировал вами. Он использовал вас.
Я пожимаю плечами.
— Он не проникал в мои мысли, как вы. Он не натравливал мои собственные мысли против меня.
— Он не проникал в ваши мысли, потому что в этом не было необходимости. Вы были только рады подчиниться.
— Я использовала его так же, как он использовал меня, — откровенно говорю я и делаю шаг вперёд. Впервые я осознаю, что не боюсь ни её, ни Икса. — Скажите мне, вы считаете себя злыми?
— Это абсурдный вопрос.
Я скрещиваю руки на груди и жду. Деймоница вздыхает, словно под тяжким бременем.
— Нет, — скучающим голосом отвечает она. — Я так не думаю. То, что мы сделали, необходимо.
— Вы уничтожили Семьи, потому что боялись их.
— Мы уничтожили Семьи, потому что они возлагали вину на нас каждый раз, когда им нужен был повод, чтобы убить кого-то.
Я встречаюсь с ней взглядом.
— Все боятся вас. Мы всегда знали, что деймонов Какос следует опасаться. Если бы вы просто сообщили Семьям о своём недовольстве, они бы прекратили, — я пальцем убираю с одежды невидимую ворсинку. — Но вы предпочли действовать первыми, убить, а не общаться. Я бы назвала это злом.
— Я вас умоляю, — усмехается она. — Зла не существует. У каждого есть способность совершать плохие поступки, точно так же, как у каждого есть способность совершать хорошие поступки.
— Это чушь собачья. Зло действительно существует, — я улыбаюсь. — Мы с вами — прекрасные тому примеры.
Она приподнимает бровь.
— На самом деле вы не считаете себя злом.
— Я думаю, у меня есть способности к этому, но на моей стороне люди, которые удержат меня на верном пути.
— Полукровка, — она усмехается. — И Майкл Монсеррат, — в её голосе явно слышится насмешка. Она даже не смотрит в его сторону. — Вы ведь понимаете, почему Икс превратил его в человека, не так ли? — её губы кривятся. — Он ревновал. Он всё ещё ревнует. Он хочет, чтобы вы бросили Монсеррата. В каком-то смысле Икс прав. Союз вампира с человеком никогда не сработает.