— Ты считаешь, что я слепой? — рычит отец. — Дрался?
— Я не дерусь вне ринга, — повторяю заученную фразу. — Говорю же, косяк поймал. Отпусти.
Убирает руку, продолжая прожигать меня взглядом.
— Чего тебе не хватает, м? — Отец и не думает уходить. — Борзометр зашкаливает уже. Ты же, сучонок, сейчас стоишь и врешь мне в глаза. Думаешь, тренер не увидит свежую ссадину?
— Косяк был твердый, — пожимаю плечами. — А не хватает мне свободы, папа. Ты заколебал каждый мой шаг контролировать. Я с друзьями в клуб не могу сходить! С девушкой встретиться!
— С девушкой, — хмыкает отец. — Опять одни бабы в голове. Переодевайся. Со мной поедешь.
— Куда? — подозрительно смотрю на него.
— Собирайся, я сказал!
Я раздеться, собственно, не успел. Брызгаю на себя ежедневным спортивным дезодорантом, накидываю куртку и выхожу в прихожую.
Отец молча покидает квартиру и так же молча ведет машину через весь город. Выезжаем на трассу. Едем по кромешной тьме, хрен знает сколько. Я успеваю немного поспать. Глаза открываю от толчка в плечо.
Хмурясь, вглядываюсь в улицу. Стоянка дальнобойщиков или что-то похожее.
— Пошли. — Отец отдает команду и первым выходит из тачки.
В непонятках выхожу следом за ним. Он уже беседует с какими-то бабами в гиперпошлых шмотках. Подхожу ближе. Меня опять передергивает. Я таких только в кино видел. Шлюхи? Да ну нахер.
— Выбирай, — хмыкает отец.
— В смысле? — Ноги сами в ужасе делают за меня несколько шагов назад. Отец ловит за шкирку, притягивает ближе. — Ну ты же хотел бабу, выбирай. Я оплачу.
— Э-э-э…
— Не нравится? — хмыкает он.
— Не-е-ет, — тяну, скрививших от брезгливости. Мне даже стоять рядом с ними противно, не то чтобы…
Да фу, блин! У меня теперь неделю не встанет!
Папа разворачивается и, ничего не объясняя, уходит обратно к машине. Спешу за ним. Садимся. В ахуе смотрю на родителя.
— Ты думаешь, достоин чего-то большего? Вот это, — кивает на телок, — твой уровень сейчас. Ты ни хрена ничего не стоишь, Тайсон. Без меня и моей поддержки ты никто! И твой удел — трахать девочек вот такого уровня. Получишь титул — поговорим о свободе. А пока я решаю, что ты делаешь и с кем ты спишь. Ясно?
Молчу.
— Я не услышал! — лупит ладонью по рулю.
— Ясно, — сжав челюсти, отворачиваюсь к окну.
Как же он, сука, бесит меня! А-а-а!
Юля
— Вау… Ах… — раздаются хаотичные стоны из нашей раздевалки.
Захожу, девчонки расступаются в стороны. Глаза горят любопытством, будто мы не выложились на максимум пятнадцать минут назад.
На скамейке, аккурат возле моего шкафчика, стоит огромный букет голубых роз в стильной белой коробке. Присаживаюсь на корточки, касаюсь цветов подушечками пальцев. Нежные лепестки приятно щекочут кожу и дразнят ноздри легким, ненавязчивым ароматом.