— Как ваш гребень работает? Я хочу получить чертеж.
— Увы, это невозможно. Мастера Железногорска не раскрывают своих секретов, но готовы удовлетворить пожелания даже самой придирчивой леди.
И драконица внезапно рассмеялась, да так заразительно, что я сама ей улыбнулась.
— Когда я тебя увидела на пороге, то приняла за оборванку, отбившуюся от каравана. Думала даже дверь не открывать.
— Моя одежда новая. И почти чистая.
Я с трудом удержалась, чтобы не прикрыть пятно от машинного масла на жилете. И когда только умудрилась запачкаться?
— Официальный представитель, говоришь? — скептически хмыкнула драконица.
— А еще и артефактор толковый, — гордо объявила я.
— Зато переговорщик из тебя так себе. Девочка, в мире драконов встречают по одежке.
— У меня платье есть. И туфли, — тут же объявила я, вызвав на губах драконицы очередную снисходительную улыбку.
— Поговорим завтра на свежую голову. А пока я покажу тебе твою комнату. Как ты уже поняла, у меня нет слуг. Никто не хочет связываться с проклятой драконицей из клана Шторм.
Тетя Орланда была проклята. Эта мысль упрямо билась в голове и мешала сосредоточиться на управлении паучками, которых я вывела прогуляться по улицам ночного города. Для начала выяснила, что по соседству нет ни лавок, ни магазинов. Складывалось впечатление, что торговцев драконы, приближенные к вожаку стаи, не особо уважали. А еще драконы не уважали таблички или иные отличительные знаки, поэтому, обнаружив несколько зданий общественного назначения, я так и не поняла, для чего они предназначены.
Ничего, утром разберусь.
Отдав големчикам приказ возвращаться на базу, то есть в мою комнату, я мысленно потянулась к последнему неохваченному моим вниманием паучку. И, получив от него зрительную картинку, чуть не упала с кровати. Големчик сидел на обнаженной груди Орланда. Точнее, сейчас, когда я смотрела на нее глазами микробота, грудь казалась ну просто неприлично массивной и широкой.
— Давай же, детка. Разрешаю потоптаться и объявить: «Это все мое…» — нагло, но предельно интимно прошептал Орланд.
Еще и паучка моего пальцем потыкал!
Вот тут-то я и пожалела, что мои големы бессловесные. Паучок мог только быстро передвигаться, легко куда-то забираться и протестующе кусаться. Но кусать обнаженную грудь Орланда я почему-то не хотела. Точнее, я прекрасно знала, почему не хотела. Этот нагломордый обязательно сказал бы что-то этакое, отчего у моего паучка лапки от смущения поотваливались бы. Поэтому я просто перебралась на ладонь Орланда и выжидательно постучала лапкой по его костяшке. Следующим пунктом назначения был намечен драконий лоб. Если не прекратит издеваться, то я точно одним постукиванием не ограничусь!