— Широкий у тебя размах, — улыбнулся Анатолий.
— А как иначе? Зачем я кровь столько лет проливал, чтобы потом в хибаре ютиться?
Я мысленно загордился Николаем. Наши с ним взгляды сходились. Он явно не собирался довольствоваться малым, и глядел в будущее, где у него не палатка у дороги, а большое дело, которым можно гордиться.
А что отапливать такой зал дорого, я даже не сомневался, что растопка станет меньшей из наших проблем.
— Хозяева? Есть кто дома?
От калитки послышался голос старосты.
Сергей вошёл во двор, огляделся и шагнул в таверну. Остановился на пороге зала, упёр руки в бока и всё придирчиво осмотрел.
— Смотрю, приготовления полным ходом, — произнёс он.
Сидор встрепенулся.
— Почти готово, Сергей, как ты и говорил. Перестал я дурью заниматься, Николаю вот помогаю. А позже еще и кресло тебе принесу, такое чтобы ты с достоинством сидел на собрании. Как раз для такого случая. Чтобы ты за столом сидел как следует. И чтобы расположение духа было хорошее, и Петра не слишком строго судил.
Он покосился на Николая, будто ожидая реакции. Но тот промолчал. Староста тоже пропустил речь плотника мимо ушей.
— Пётр получит то, что заслужил. А что именно он заслужил, все вместе вечером и узнаем.
— Мы ещё угощение готовим, — сказал Николай. — Попробуешь?
— Некогда мне, — отмахнулся староста и поднялся, поглядев на Николая. — Я ещё кое-что хотел обсудить.
— Давай обсудим, — спокойно ответил тавернщик.
Староста демонстративно оглядел присутствующих, задержав взгляд на мне. Я как раз притулился в углу с Никой на плече. Намёк был прозрачен, он явно хотел говорить с хозяином наедине. Вот только Николай этого намёка либо не заметил, либо намеренно проигнорировал.
Сергей помялся, потом заговорил:
— Ты, Николай, теперь живёшь в этой деревне. Считай, один из нас. Друзей принимаешь, и это хорошо. Но ты житель этих земель, хозяин своего участка. А гости, есть это гости. — Он искоса глянул на меня, потом на Павла. — Я буду рад, если ты скажешь веское слово на собрании. Но лучше, чтобы говорил только ты. Без иных мнений.
Николай нахмурился.
— Анатолий присматривает землю, и скоро тоже здесь поселится.
— Анатолий, без обид, — староста повернулся к нему, — Вот когда землю прикупишь, тогда и будешь иметь право голоса. Присутствовать не воспрещаю. На вопросы отвечать — тоже. Но в обсуждение лучше не лезть.
Повисла тишина.
— А Макс? — сказал Николай. — Он ведь теперь тоже хозяин моей земли. На правах наследника.
— Будут говорить взрослые уважаемые мужи. А твой приёмный сын — ещё подросток. Уж прости.
— Да этот подросток побольше вашего разбирается! — вспылил Павел. — А ваши уважаемые мужи сегодня последовали за полным дураком, чтобы дом Николая сжечь!