— Долой убийцу! Долой предательницу рода!
Крики начали распространяться по толпе, как огонь по сухой траве. Люди, которые минуту назад почтительно склоняли головы, теперь поворачивались к нам с выражениями недоумения, подозрения, а иногда и прямой враждебности. Атмосфера торжественной скорби превращалась в предвестие бунта.
Это было именно то, чего я ожидал и к чему готовился. Похоже родственники Ксу решили использовать самое подлое оружие — толпу, которая не знает правды и легко поддается на провокации.
Но я был готов и ситуация быстро пришла в норму. В разных частях толпы, в тех местах, где я не ожидал их увидеть, вдруг появились знакомые фигуры. Крепкие мужчины в простой одежде, которые до этого мимикрировали под обычных зевак. Люди Чжао. Они действовали быстро и почти бесшумно.
Первый зачинщик, тот, что кричал «убийца», внезапно замолчал, когда чья-то рука зажала ему рот, а другая крепко схватила за шиворот. Его буквально растворили в толпе, увлекли в ближайший переулок прежде, чем кто-то успел понять, что произошло.
Второй крикун исчез таким же образом. Третий. Четвертый.
Люди Чжао работали как хорошо отлаженный механизм. Они не устраивали драк, не привлекали внимания. Они просто удаляли источники беспорядков — быстро, тихо, эффективно. Большинство людей в толпе даже не заметили, что провокаторы исчезли. Они только почувствовали, что крики стихают, напряжение спадает, а атмосфера снова становится подобающей похоронной процессии.
Я видел, как в дальнем конце толпы Сун Хайцюань наблюдал за происходящим. Его лицо было непроницаемым, но я заметил, как дернулся уголок его рта, когда он понял, что его план провалился. Старый интриган недооценил моих уличных связей.
Ксу продолжала идти впереди процессии, даже не обернувшись на шум. Она либо не слышала провокационных криков, либо сочла их недостойными внимания. Ее походка оставалась такой же размеренной и торжественной, как в начале пути. Но я видел, как слегка напряглись мышцы ее спины, как чуть сжались кулаки. Она все слышала, все понимала — и держалась силой воли.
Остаток пути до кладбища мы прошли без происшествий. Толпа постепенно редела — не все хотели идти на само погребение. У кладбища остались только самые близкие, члены других знатных домов и те, кому было интересно посмотреть, чем все закончится.
Родовое кладбище дома Цуй в этой провинции располагалось на холме к северу от города. Оно было обнесено невысокой каменной стеной, а вход украшали две статуи драконов — стражей мертвых. Внутри росли древние кедры и кипарисы, их ветви шелестели на ветру, создавая естественную музыку скорби.