— Стервятник, так тебя, разъэдак, координаты… координаты… куда они летят⁈
— Сейчас, подожди ты, я вручную считаю, уже почти…. У нас тут сбой всего и вся… А, так… вот, передаю. Короче дуй через перевал и вниз слева от ущелья… — на внутренней поверхности шлема появились десятизначные координаты примерного места, куда летел стриж, и карта маршрута.
Андрей потратил ещё почти пять минут на то, чтобы забраться в крестовик и, не успев даже пристегнуться, погнал его в сторону гор. Вершины их прятались в густых серых облаках. Мачту он не опускал и крестовик пока, что мог общаться с поселением.
— Стервятник Жуку! Они упали, передаю координаты места падения — на внутренней поверхности забрала появились новые ряды цифр — в принципе, там, где я и предсказывал, так что дуй. Связи нет, и не будет ещё пару часов, и ты это… того…. Короче дуй.
— Спасибо за содержательное напутствие — ответил Андрей — и принялся дуть в микрофон, от чего канал наполнился грохотом.
— Да не так, придурок, двигай, давай.
— Жук Стервятнику! Вас понял. Борись со сбоем, я в тебя верю.
— Да завались ты!
Крестовик нёсся по равнине, огибая выбуренное в камне озеро, в которое собирали воду с гор. Везде и всюду роботы стояли или висели в воздухе неподвижно, словно лишившиеся своих ниток марионетки. Квантовая связь, которую даже теоретически нечем было заглушить, не работала.
Андрей гнал крестовик практически на предельной скорости и меньше чем через час, оказался у подножия гор. Здесь не было никакой тропы или дороги, ведущей до перевала. Машины, которые смогли туда добраться, просто взлетели до большого уступа на уровне примерно двух тысяч метров. Оттуда начинался относительно проходимый склон.
Увы, летающих машин, которые смогли бы поднять крестовик на такую высоту, они ещё не построили, а управлять несколькими поменьше Андрей не мог. Единственной альтернативой оставалось узкое и извилистое ущелье, поднимавшееся почти к самому уступу, однако в конце него находился почти пятидесятиметровый отвесный склон, взобраться на который крестовик вполне мог, но не быстро.
Выбора не было, и Андрей погнал машину вверх по ущелью. Дно его покрывала россыпь небольших каменных осколков, под которыми скрывались более крупные глыбы и опасные трещины, в которых легко могла застрять лапа машины.
Андрей заставлял крестовик прыгать с одной скалы на другую. Шагоход выстреливал трос с анкером, втыкавшимся в скалы. Сматывая трос лебёдкой, Андрей не позволял машине рухнуть в осыпи. На анкере были собственные плазменные резаки, которые позволяли ему легко освобождаться даже, засев в самой прочной породе. Так, словно чудной гибрид паука с кузнечиком, Андрей смог пройти ущелье, в конце превращавшееся в узкую трещину. В этом месте крестовик легко поднимался, упираясь ногами в стены.