— Ты знал моего предшественника?
— Видел разок, когда царствовать начал, — кивнул Всеслав. — Но мы лишь договорились друг к другу не лезть, на том и разошлись. А ты, значит, ученик его?
— Скорее замена, — пробормотал я. — Когда в себя пришел, то прошлого лешего нигде не было, да и другие лесные обитатели не знают, куда он подевался.
— Сгинул небось, окаянный, — брякнул Светлан и тут же прикусил язык, наткнувшись на мой суровый взгляд.
— Так что с этой заразой? — вернулся к теме царь. — Скотина, знаю, хворает, но никого из людей кроме моей дочки эта скверна не коснулась.
— Потому что она ее разносит, — озвучил я то, что знал и сам Всеслав.
— Ты на сестрицу-то не наговаривай! — царевичи одновременно шагнули ко мне, но отец остановил их властным жестом.
— Он все верно говорит, — медленно произнес Всеслав. — Как только Забаве хуже стало, так и животина хворать начала.
— И, возможно, заражение людей лишь дело времени.
Царь нехотя кивнул и печально посмотрел на дочь. Мне не хотелось знать, что за мысли сейчас роятся в его голове. Как правитель, он должен был оберегать свой народ, но как отец — жалел свою дочь.
— Я все испробовал, — глухо произнес Всеслав. Говоря эти слова, он осунулся и будто бы постарел лет на десять. Взгляд светлых глаз уперся в стену. — Не знаю, как и быть…
— Предков молить надобно! — тут же подскочил к владыке Светлан. — Лишь они судьбами людскими ведают. Задобрить их надлежит. Дары поднести и…
— И что? — Всеслав встал и смерил ведуна тяжелым взглядом. — Мы уже делали по-твоему, но ничего не изменилось. Забаве с каждым днем все хуже.
— Делали, — не стал спорить Светлан, но тут же поджал губы и поднял толстый указательный палец. — Но делали без уважения. Надобно…
— Я сам решу, что надобно, а что нет. — Сурово отрезал Всеслав.
— Гнев богов на себя навлечешь, царь-батюшка, — зловеще забормотал Светлан. — Коли так станется, то…
Мне надоело слушать размытые речи волхва. Они мешали думать.
— Ты сам заткнешься или тебе помочь? — учтиво поинтересовался я.
Светлан тут же насупился, но язык прикусил, лишь напоследок бросив:
— Мое дело — тебя предупредить, царь.
— И ты это сделал. Теперь довольно.
Волхв сердито засопел и демонстративно ушел за дверь. Туда же Всеслав выпроводил и своих сыновей, чтобы никто не мешал нашему с ним разговору. Подвинувшись ко мне поближе, он понизил голос до шепота.
— Что думаешь, Белояр?
— А с чего тебя интересуют мои мысли? — хмыкнул я. — Мы же едва знакомы.
— Да я кого угодно послушать рад, если дочку спасти получится.
Я внимательно посмотрел в глаза собеседника. Сейчас передо мной сидел не царь Тридесятого царства, а любящий отец, готовый на все, лишь бы помочь дочери.