— Чем раньше начать лечить болезнь, тем лучше. Запущенные случаи почти всегда смертельны.
— Это ты запущенный, — буркнул Богуш понимая, что проигрывает спор, но не желая этого признавать. Сделав голос писклявым и квакающим, он повторил мои слова. — Чем раньше начать лечить болезнь, тем лучше. Запущенные случаи почти всегда смертельны. — Водяной нырнул в воду, обдав меня с ног до головы, потом вынырнул и показал зеленый язык. — Тьфу на тебя! Грамотей. Вот помрёшь — не говори потом, что тебя не предупреждали!
Я стер воду с лица.
— Скорее всего, тогда и не скажу.
— Так и будет. Помяни моё слово! — Фыркнув на прощание, Богуш скрылся под водой.
Я задумчиво посмотрел, на расходящиеся по речной глади круги и пробормотал:
— Вот и поговорили.
Ловить тут, кроме рыбы, стало нечего, так что я соскочил с дерева и неспешно побрел вдоль берега туда, где резвились в воде русалки. Пирожок к этому времени уже успел помыться, вновь изваляться в какой-то грязи, и теперь снова отмокал в прохладной воде. Отмывающая его Забава суровым голосом отчитывала пса:
— Вот чего ты извозился, как поросёнок? Это свинья грязи везде найдёт, а ты — собака. Вот придешь таким в дом, тебя Кузьмич веником поколотит!
Пирожок недоверчиво покосился на девушку, но та стояла на своём.
— Да, ты даром что Пирожок, сам можешь кого угодно съесть. Знаю. Но с домовым тебе не сладить, так что давай отмываться.
К царевне подплыли две русалки, и в шесть рук дело пошло куда быстрее. Пёс уже спокойно реагировал на речных дев, а тем было только в радость заняться чем-то новым. Тут я их понимал — сидеть под водой и сутками слушать ворчание Богуша не каждый сдюжит. А сейчас он еще и не в духе. Благодаря мне, конечно, но, справедливости ради, такое могло случиться и само собой.
— Отмылись? — спросил я, подходя к кромке воды.
— Да, — отозвалась Забава, и Пирожок поддержал ее слова громким «гав».
— А ты сам скупнуться не желаешь, а леший? — игриво поинтересовалась одна из русалок, лукаво подмигивая мне. Звали фигуристую рыжую красавицу Улита, и прежде она часто заглядывала ко мне в гости на травяной отвар. Да и не она одна.
Забава вопросительно уставилась на меня, а я покачал головой.
— Вода сегодня холодная. Да и батюшка вас на меня осерчал. Утопит ещё.
— И с каких это пор ты водяного боишься? — с широкой улыбкой осведомилась вторая русалка по имени Верея. Эта была гибкой и стройной, с длиннющими темными волосами и такими же, похожими на два омута глазами.
— Боится он, ага, — из воды вынырнул Богуш. — Башка у Яра дурная просто, вот и молотит ерунду. Он, видать, с дуба рухнул… много раз. — Он обжег меня злобным взглядом. — А вы чего тут шныряете? Нам в путь пора! — прикрикнул он на дочек.