Последние слова Демьян произнёс с нескрываемой гордостью. Теоретически выходец из податного сословия может обучиться ремеслу, даже лекарскому, став уважаемым человеком. Но мастеровой, купец и даже заводчик не сможет получить наследственное дворянство, только личное. И то за особые заслуги. Это даст право их детям показать себя на государевой службе и стать полноценными представителями правящего сословия.
Пока я наградил этим званием только мануфактурщика Семёна Ершова и купца Гавриила Никитина. Оба заслужили награду за неоценимую помощь государству. Даже Антуфьев, который Демидов, Аристов и братья Борины, чьи заводы приносят России много пользы, пока не заслужили дворянства. Мне нужен работающий социальный лифт, но никто не собирается пускать в привилегированное сословие обычные денежные мешки. Я и указ соответствующий подписал, одобренный Сенатом и ставший законом. Нельзя давать различным махинатором возможности покупать звания.
Зато воинская и государственная службы дают возможность любому смелому и толковому человеку получить полноценное дворянство. Но сделать это весьма сложно. Ведь военному надо дослужиться до майора, а чиновнику — до полковника или пятого класса, как прописано в Табеле о рангах. Для гражданской службы — это практически недостижимая высота. Такого уровня достигнут единицы, надеюсь, действительно талантливые. А в армии человек рискует жизнью, поэтому он должен иметь преимущество. К тому же простолюдину тоже очень сложно получить майора.
Вот Кирюхин и радовался. Ведь военные врачи имеют армейские чины. Лет через десять — двенадцать Демьян получит майора и наследственное дворянство. Если будет выполнять свои обязанности, конечно. Для разного рода проходимцев и прохвостов я разработал систему тестирования. Поверьте, князья Барятинский и Волконский, возглавляющие комиссию по подтверждению званий, никогда не одобрят присвоение дворянства служащему с сомнительной репутацией. Его просто уволят, если нарушения не особо тяжёлые.
Посмотрим, как система будет действовать в будущем, но пока я закладываю такой фундамент. Ещё все назначения печатаются в газете, предавая огласке фамилии достойных. В случае если за человеком числятся какие-то грехи, то ревизоры из ЕИВ канцелярии всегда рассмотрят жалобу от бдительных граждан.
— А чего весь в крови? — продолжаю расспрос лейтенанта.
— Пришлось отрезать руку и ногу двум раненым, — грустно вздохнул Кирюхин. — Ребята попали под залп картечи на том берегу. Надеюсь, что выживут. Обычно при такой обильной кровопотери бойцов живыми до госпиталя довезти не успевают. Сейчас отдохну и снова за работу. Сложные операции мне пока не доверяют. А конечность любой студент отпилить может.