Османы выделили на операцию более десяти тысяч янычар, присланных из столицы и собранных по местным крепостям. Добавьте к этому двенадцать тысяч лёгкой пехоты и не менее ста пушек, что очень много. Если кто забыл, то под стены Вены султан прислал триста орудий и двести тысяч воинов. Турки двигались вдоль Днепра и везли большую часть оружия с амуницией на стругах. После пересечения порогов они достигли места впадения в Днепр Самары и продвинулись по притоку вёрст на тридцать, решив разгружаться. Их основной целью был ни много ни мало — Харьков. Хотя часть армии должна атаковать Полтаву. Заодно магометане собирались снести все наши укрепления и городки вдоль Муравского шляха. Очень амбициозная задача. И ещё год назад почти выполнимая.
Только у русского Генштаба было своё мнение. Мы действительно в кои веки решили выступить против османов в чистом поле. Есть, правда, несколько уточнений: естественно, русская армия планирует использовать складки местности, дабы лишить магометанскую конницу преимущества. А также противник совершенно не в курсе, что мы превосходим его в артиллерии минимум в три раза. Плюс командование разработало целую систему мобильной артиллерии, чем-то напоминающий тачанки, призванные оперативно доставлять лёгкие пушки в места скопления конницы.
Ударной силой нашего войска являются Первый легион, Тамбовский, Тульский и Калужский пехотные полки. Их общая численность примерно десять тысяч человек. Главное преимущество этих парней — самые современные ружья, в основном немецкие и шведские, оснащённые штыками. В качестве поддержки ещё двенадцать полков нового строя. Концентрация батарей на каждые сто метров просто запредельная. Конечно, мы построили небольшие редуты, но войска очень мобильны.
Кто бы знал, чего мне всё это стоило! Вся моя жизнь слилась в одну сплошную подготовку к войне, начавшуюся сразу после разгрома ногайцев. Моя деятельность процентов на девяносто так или иначе была связана с армией.
Я торговал и налаживал связи со всеми, до кого можно дотянуться. И плевать, что на царя начали посматривать, как на бесноватого торгаша. Мы собирали всю возможную селитру, особенно индийскую, дабы создать запас пороха, а также закупали и лили пушки. Отдельная тема — обучение артиллерийских расчётов. Могу с гордостью заявить, русские пушкари — как офицеры, так и нижние чины — лучшие в мире. Просто никто сейчас не тратит столько времени и пороха на подготовку. А ещё мы начали учить людей современным французским методикам. Именно они сейчас лидеры в армейской науке. Из Европы за огромные деньги приехало несколько военных высочайшего уровня. В их обязанности входило не только обучить людей, но и подготовить русских артиллеристов и инженеров. Пехотную тактику действий штыковых подразделений мои генералы разрабатывали сами, хотя мы выписали для помощи двух знатоков. И всё это стоило просто уйму золота.