— Не забывай, что я не прощаю предательства. Если не выполнишь приказ, то казнят не только твоих детей и семьи всех остальных старшин. Все ваши роды вырежут до седьмого колена! Не пожалею серебра, а если надо — и золота. Я даже с басурманами договорюсь, но уничтожу всю вашу верхушку, — говорю спокойным тоном похожему на цыгана гетману. — Аманатов увезли в Воронеж. Оттуда не сбегут. И меня не волнует, кто из вас предаст. Действовать буду по законам кагана Чингиза: предал один — казню всех.
Загорелое и продублённое ветрами лицо гетмана не выражало никаких эмоций. Но правый глаз у него всё-таки дёрнулся. Репутация у меня специфическая, и мы уже провели несколько показательных экзекуций для особо не понимающих. Наша предпоследняя стоянка обильно украшена посаженными на кол башкирами, казаками и ногайцами. Я запретил брать виру даже с тех, кто совершил незначительные преступления вроде изнасилования и воровства скота у поселенцев. Более того, вместе с нарушителями казнится весь десяток вместе с командиром, не обращая внимания на знатность.
Первый воспитательный процесс привёл к самому натуральному бунту среди части степняков и казаков. Но мои ребята оказались готовы, и смутьянов просто расстреляли в упор из пушек, раненых добили и далее провели децимацию. Но даже после этого привыкшие грабить и не подчиняться товарищи не поняли. После стремительного пятидневного марша я провёл новый суд и казнил сотню очередных идиотов. Но снова остались непонятливые. И только позавчера на кол село всего одиннадцать недоумков. До остальных дошло, что моя армия и её союзники — это не банда. А ещё русский царь очень болезненно реагирует, когда грабят, насилуют и убивают его подданных. В итоге иррегулярная часть армии напугана до усрачки и жутко зла. Зато они жаждут как можно быстрее напасть на врага, чтобы утолить свою жажду крови и постараться избавиться от страха.
На запорожцев вообще плевать. Перебьют они друг друга или сбегут, бросив заложников, ничего не изменится. Главное — мы подловили крымско-османскую армию в выгодном для нас месте, где она будет вынуждена дать бой. Отступать магометане точно не будут.
Думаю, военачальники басурман ещё сильно удивятся. Ведь мы не собираемся отсиживаться в Гуляй-городе, а будем биться в чистом поле. Есть несколько нюансов, о которых противнику знать не нужно, и его ждёт множество сюрпризов.
Крымская армия, как всегда, шла по Муравскому шляху, огибая крупные реки, дабы не тратить время на переправы. Надо понять, что это не обычный набег, а войсковая операция лучших полков Герая. Речь идёт о шестидесятитысячной группировке, пусть половина её состоит из обычных пастухов. Однако вторая часть представляет собой панцирную конницу с пехотой, артиллерией и достаточно большим обозом.