В глубине дома тут же хлопает дверь.
Ах ты ж…стукач малолетний!
— Что? Что такое, Владюш? Опа! В бега подалась?
Маргарита появляется в гостиной и воинственно упирает руки в пышные бока. Смотрит, как мама на дочь, которая на тусовку улизнуть пытается.
— Рит, не в бега, — спешу оправдаться я. — У меня ж квартира нараспашку! И вообще, черт знает, что с ней! Этот козел же там остался…
Взгляд подруги смягчается.
— И то верно. Влад, отвези Лилю, пожалуйста…
— НЕТ!
Мой крик похож на вопль подбитой чайки. Маргарита даже подпрыгивает.
— Нет-нет, я сама, не надо, Влад и так вчера чересчур много сделал, — тараторю я, краснея, как помидор. — Мне неудобно уже, Рит, зачем мальчику эти проблемы…
— Изи мам, — бодро заявляет он. — Отвезу конечно.
— Но…
— Лиля, не дури! — перебивает Рита. — А если он ещё там? С Владом по-любому не тронет. Без разговоров давай!
Надежда у меня внутри издаёт предсмертный хрип.
— Пять минут, тёть Лиль, — широко улыбается Влад, будто выиграл ящик мороженого, и убегает переодеваться.
— Тамбовский волк тебе тётя, — рычу я злым шепотом, которого никто не слышит.
******
Я сижу на переднем сиденье красной ламбы, почти вжавшись в дверь. Села бы назад, но спереди проще контролировать ситуацию, если Владу вздумается сменить маршрут и повести меня в какую-нибудь лесополосу.
Сначала я думала, что он задушит меня своими подругами подругами или непристойностями, но парень молчит.
И это ещё хуже.
Когда он молчит, не понятно, о чём он думает.
В центре мы попадаем в пробку, а это значит, что и без того напряжённое прибывание с ним в тесном пространстве станет ещё и мучительно долгим.
Какое-то время я держусь, но потом это гробовое молчание выдавливает из меня последние капли терпения.
— Влад, нам надо поговорить, — произношу я, не глядя на него.
Тем более, что всякий раз взгляд падает на синячек на его губе. След моего укуса.
Влад не отвечает.
— То, что ты сделал…это ни в какие ворота не лезет, — продолжаю я, спотыкаясь о каждое слово. — Я безумно благодарна тебе за всё, но…но это звиздец. Влад. Без шуток. Не хочу обижать тебя, не хочу ссориться. То, сючено ты хочешь, невозможно, ясно? Мне тридцать восемь, я старше, я подруга твоей мамы, между нами никогда ничего не может быть. Ты разрушишь наши отношения своими дурацкими играми! Я готова…готова притворяться, что ничего этого не было, и….
Меня отвлекает какое-то движение с боку и подозрительное звяканье. Метнув взгляд в сторону Влада, я замираю на полуслове.
Колючие мурашки бегут от шеи к затылку, поднимая дыбом волоски.
Придерживая руль, левой рукой, поскольку в пробке большего и не требуется, Влад преспокойно расстёгивает ремень джинсов.