Он пытается отодвинуть меня от Лили, но я отбрасываю его руку.
— Лиля. Поехали, — цежу я, потряхивая ей ладонь.
— Влад? Ты здесь откуда? — медленно спрашивает она, глядя стеклянными глазами.
— Эй! Ты глухой?! Тебе что сказано?!
Мужик пытается заслонить её от меня, сбить с толку своими наездами, но я уже свою догадку додумал.
— Ты чем её накачал, отбитый?! — я хватаю его за грудки и впечатываю спиной в дверцу такси.
— Ты чё несёшь? Ничем! — визжит он, снова забегая забегая глазками.
Ну, спрашивал я чисто для порядка. Мне ответ его не нужен, хоть лживый, хоть честный. Без лишних слов, всаживаю кулак ему в морду и швыряю в пыль, под колеса.
Хватаю Лилю под локоть и усаживаю в ламбу. Она в таком отлёте, что даже на драку не реагирует. Но ходит сама, даже даже не шатается.
Домой мы прокрадываемся на цыпочках: ещё не хватало, чтобы маман её в таком состоянии застукала.
Усаживаю эту бедовую на её кровать, осматриваю.
Глаза отливают стеклом, щёки румяные, дышит ртом, будто бежала
— Вы как? Сколько пальцев я показываю? — я подношу руку к её лицу
Лиля с любопытством фокусирует на ней взгляд, обхватывает мою ладонь и подносит пальцы к губам. Все движения — будто она плывёт под водой.
Я не успеваю почуять опасность: думаю, что она просто пытается всмотреться, что бы ответить на вопрос.
Поэтому, когда она гладит моими пальцами губы, прикрыв глаза, раздвигает их, проводя по ровным рядам зубов, я примерзаю задницей к кровати.
А когда погружает указанный и средний в обжигающе-горячий рот, у меня сердце останавливается.
Глава 9
Влад
— Кхм. Тёть Лиль, — негромко окликаю её, но взгляд оторвать не могу.
Две первые фаланги исчезают за сомкнутыми губами. Подушечки ощущают скользящий язычок.
Внутри начинает тлеть бикфордов шнур, подбираюшийся к груде динамита ..
— Ли-иля-я, — зову снова, пытаясь забрать руку. — Так, тихо-тихо… отдай, эй… зубки разожми…
Кое-как вытаскиваю мокрые пальцы, которые в другое время немедленно бы облизал, но сейчас не до этого. Я успеваю заглянуть в совершенно шальные глаза, перед тем, как её губы опасно приближаются к моим.
Отклоняюсь назад, и Лиля падает падает мне на грудь, тут же обвивает руками шею, тычется носом под подбородок.
Блять. Блятьблятьблятьблять..
— Это домогательство, тёть Лиль, — терпеливо улыбаюсь я.
Ситуация в принципе реально забавная, если б члену вся кровь в организме не хлынула.
А она не унимается: зарывается пальцами мне в волосы на затылке, прижимается к шее влажным влажным поцелуем под самым ухом. Наваливается всем телом.
— Прекращайте, — я мягко ловлю её за руки, но мягкость плохо работает, она продолжает лапать лапать меня везде, где дотягивается. — Я приличный мальчик. Сначало колечко на палец, потом — в кроватку… эй, щекотно, стоп! Нельзя туда! Как вам не стыдно! Ширинку не трогайте!