— А что такого? — он сделал еще шаг и оказался прямо у неё за спиной. Лидия застыла, боясь повернуться. Она чувствовала жар его тела, хотя между ними оставалось несколько сантиметров. — Разве нельзя сказать женщине, что она красива?
— Можно, — выдохнула она. — Но не здесь и не так.
— А как?
Голос звучал прямо над ухом, чуть хрипло, с легкой насмешкой. Лидия зажмурилась на секунду, пытаясь собрать волю в кулак. Он играет. Он просто играет, самоутверждается, проверяет границы. А ты ведешься, как дура.
— Даня, иди скажи матери, что курить можно, — твердо произнесла она, наконец оборачиваясь.
Он стоял слишком близко. Намного ближе, чем допустимо. Лидия уперлась взглядом в его грудь, обтянутую футболкой, и сглотнула. Пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Вблизи они оказались еще красивее — с темными ресницами, густыми бровями, легкой тенью от щетины на скулах.
— Хорошо, — сказал он просто, но взгляд его говорил совсем другое. Он смотрел на ее губы. Медленно, откровенно, будто пробовал на вкус. — Я маме передам.
Он развернулся и вышел, а Лидия оперлась руками о столешницу, потому что ноги отказывались держать.
Что это было?
Она сделала глубокий вдох, потом еще один. Сердце колотилось где-то в горле. Между ног предательски пульсировало, и она со стыдом осознала, что возбуждена. Просто от его взгляда. От его близости. От этого наглого, дерзкого мальчишки, который смотрел на нее как на добычу.
Лидия, ты с ума сошла. Ему двадцать восемь, он сын твоей лучшей подруги. Ты помнишь его с пеленок. Ну, почти. Ты носила его на руках, качала в коляске, покупала мороженое. Он для тебя — ребенок. Должен быть ребенком.
Но тот, кто только что стоял у нее за спиной, ребенком не был. Это был взрослый, уверенный в себе мужчина, от которого пахло сексом и опасностью.
— Лид! — донеслось из гостиной. — Ты где там? Мы идем на кухню, я зверски хочу есть!
Лидия тряхнула головой, одернула халат, провела рукой по волосам и постаралась придать лицу беззаботное выражение. Когда Лена с Даней вошли на кухню, она уже стояла у стола с дежурной улыбкой.
— Проходите, рассаживайтесь. Дань, ты будешь вино или что покрепче?
— Вино, — ответил он, садясь за стол напротив нее. — Красное, сухое, как ты любишь.
Лидия чуть не выронила бутылку. Откуда он знает, какое вино она любит? Она перевела взгляд на Лену, но та уже вовсю накладывала себе сыр и оливки, ничего не замечая.
— Ой, Лидка, ты не представляешь, что я пережила за эти полгода! — начала Лена с набитым ртом. — Этот мой Роберт, ну который из Турции, оказался полным козлом! Представляешь, он…