Баожэй не стала терять времени и поползла по коридору. Давалось ей это тяжело.
Перед глазами время от времени все плыло и становилось размытым. В такие моменты женщина начинала молиться всем богам, которых знала и которые приходили на ум. Не привыкшая просить помощи, тем более у высших сил, в этот раз женщина желала спасения так пылко и всем разумом, что невольно почувствовала присутствие потусторонних сил. Прибавилось сил, и даже боль как будто бы притупилась. Идти. Идти. Идти. Не останавливаться. Найти помощь.
Но едва она случайно дотронулась до повреждённой ноги, как разум вспыхнул огненно-красной вспышкой.
«Никто мне не поможет кроме меня самой, — с обреченностью подумала Баожэй и прижалась спиной к стене. — Надо идти. Иначе умру».
И она вновь, стиснув зубы, давя в себе истошный звериный крик, двинула по коридору.
Отчаяние и страх путали ее ноги. Несколько раз приходила коварная мысль — сдаться, просто лечь тут и уснуть. Ведь так хочется спасть. Такая слабость…
Порой, когда волны боли не давали сделать даже глотка воздуха, Баожэй останавливалась и начинала стонать, ожидая что вскоре наступит смерть. Но смерть не наступала, боль спадала так же быстро, как и приходила, и женщина продолжала путь.
Хуоджин сильно отстал. Потом и вовсе затих. Баожэй даже показалось что он умер. Возможно, так оно и было на самом деле, но останавливаться чтобы убедиться в этом женщина не желала, понимая — спасение в том, чтобы найти хоть кого-то, кто сможет помочь ей. Но, как назло, никого не было. Дворец был пуст, словно вместе со смертью Императора его покинули и все его слуги.
— Кто-нибудь! Помогите! — попыталась крикнуть Баожэй, но вместо крика изо рта вырвался какой-то вороний клекот.
Горло пересохло, язык стал словно рисовая бумага.
«Нет, главное не сдаваться, бороться до конца, как ты всегда и делала! Это единственная сложность, которую надо преодолеть, чтобы взойти на престол. Все остальное — чепуха. Совет проголосует за тебя большинством. Потом будет церемония коронации, отречение от мирского, приобщение к свету, и множество лет правления Провинцией. Только пройди этот проклятый коридор, найди хоть одного человека. Боги, кто бы сейчас не попался, если он поможет мне, я подарю ему столько золота, сколько он сможет унести. Я сделаю его придворным послушником. Только бы он вышел. Ну хоть кто-нибудь!»
И словно услышав молитвы, из-за угла, ковыряя в носу пальцем, неспеша вышел слуга. Он пел незамысловатую песенку, иногда громко икая. Увидев Баожэй, он вытянулся по струнке, замер.
— Помоги мне! — прохрипела Баожэй, сползая по стене на пол. От рук остались кровавые разводы.