Но и по прибытию в порт мучения не прекратились. Пришлось ждать темноты и закрытия доков. Из-за непогоды это должно было случится раньше обычного, но торчать в плотном контакте мы были вынуждены ещё несколько часов. Отсутствие качки это время никак не скрашивало.
От очередного сна, больше похожего на кому, меня разбудил толчок в бок. Я было решил высказаться по поводу неугомонных конечностей, но понял что это знак. Можно наконец выйти.
Судно было пришвартовано у складских ангаров, на отшибе портовой зоны, среди таких же рабочих лошадок, небольших грузовых разномастных корабликов. Пара качающихся от ветра фонарей на берегу и не единой живой души.
Пытались надышаться свежим воздухом все без исключения. Наплевав на припустивший дождь, проникающий под одежду, мы стояли на пустынной пристани и дышали, подняв лица к небу и подставляя их под ледяные капли. Я не чувствовал вес Яны, которую держал на руках. Даже в катакомбах не было так хреново, как в том трюме, в котором казалось мы провели целую вечность.
Насладившись и размявшись, мы тихо двинулись мимо ангаров, бытовок и сараев. А на выскочивших из-за угла крысодемонов и вовсе кинулись с радостью. Я не успел поучаствовать в охоте, занятый княжной, но с монстрами разобрались за пару секунд наставник с Сёмой. Ростовский выронил Матвея и накрыл демонов сетью, а защитники искромсали их на мелкие части с завидным усердием.
Инквизиторы, тащившие Карла подмышки, даже не остановились, спокойно продолжив идти. Герман помотал головой на вопросительный взгляд Глеба, который мне показался в чем-то умоляющим, и мы продолжили путь под разочарованные вздохи монаха.
Выбравшись к дороге на окраине, просто проломив забор, мы устроили последний совет. Племяша нужно было отвезти к любящему дяде, куда конкретно знал только Глеб. Карла в обитель под надзор целителей, за это отвечали инквизиторы. Остальные по домам, а мне досталась княжна.
— В смысле, отвези её к себе? — возмутился я на предложение наставника. — У неё дом свой есть вообще-то. С любящим братцем, слугами и прочими условиями, подходящими для её светлости.
— Никто пока знать не должен, где она, Илья, — увещевал Глеб. — Приведем в чувства Мотю, поймем что с ним и тогда уже решать будем, что дальше и как остальных оттуда вызволять. Пусть они там думают, что сбежали сами или вовсе сгинули в пучине. Пока они ищут, мы разберемся. Но если кто-то узнает… Ты уверен, что её брат не разболтает? А слуги?
Тут он попал в точку. Насчет болтливого князя уверенности не было. Да и дядя у них тоже вроде был, кто его вообще знает. Но что будет, когда она очнется? А уж когда увидит моих домашних. Это же полный…