Молчаливо досадуя, я выждал минут двадцать, сливаясь с местностью. Да так успешно, что мимо меня прошмыгнула стая крысодемонов и умчалась в том же направлении.
Двинулся я туда же, мне нужно было пройти ещё несколько развилок до своей. Осторожно, прижимаясь к стенам и вслушиваясь в темноту. Один раз мне показалось, что услышал вой, но когда я застыл и задержал дыхание, уже всё стихло. Ох, взять бы команду с огнеметами и зачистить тут всё основательно.
Так, перебежками и фантазируя о великом очистительным походе, я и добрался до своего родового гнезда. Которое, к моей радости, осталось целым и невредимым. Ларс стерег всё ещё бессознательную княжну. Когда я заглянул проверить их, он задумчиво предложил:
— Ваше сиятельство, возможно стоит подумать о приобретении небьющейся посуды? И укрепленной мебели?
— Отличная идея, — одобрил я инициативу, глядя на улыбающуюся во сне Яну.
Проверил я и Еврипия. Тот усердно вкладывал в юные умы знания, но прихрамывал, расхаживая по комнате, выделенной под занятия. Фрося и Миха, увидев меня, тут же изобразили невинность и готовность к учебе, принявшись что-то записывать в тетради.
Монах удивленно обернулся и тяжело вздохнул, заметив мой интерес к его подопечным.
— Как успехи? — поинтересовался я.
— Молодые люди проявляют… живость ума, — тактично ответил он, пока те за его спиной принялись толкаться. — Завидную, — добавил он мрачно.
— Ну вот и хорошо! — жизнерадостно подытожил я и поспешил свалить.
Комната выглядела нетронутой, а учитель всего лишь хромал. Моего вмешательства тут точно не нужно. Сорванцы сами справятся.
И только я подошел к дверце под лестницей, ведущей в подвал, как от ворот послышался настойчивый звонок. Кто-то просто притопил кнопку и жал на неё без остановки. Подумав о камерах наблюдения, я пошел открывать.
Сам всех занял другими заботами, так что кто бы там ни был, его выйдет встречать сам граф Ржевский.
— Ржевский! — заорал издалека Глеб, маяча над невысоким ограждением. — Ну чего так долго? Открывай уже.
Рядом с ним тарахтела замызганная «буханка», а рожа наставника была подозрительно счастливой. Поэтому до ворот я шел настолько медленно, насколько позволяли приличия. Остановился на полпути, наклонившись и делая вид, что очищаю обувь.
Улыбку с лица наставника это не сняло, а наоборот, усилило. Не к добру это.
Он загнал машину за дом, где расчистили площадку под стоянку, и явился к порогу с немаленькой сумкой, которая от его движений позвякивала. Я провел очень короткую экскурсию по дому, показав только гостиную. Где мы и разместились.