Но в один из таких поздних визитов девушка подслушала часть разговора, услышала моё имя и прижала братца, который только и успел, что сознаться в моём якобы неприличном поведении. Их беседу прервал Воронецкий, который в свойственной ему ледяной манере попросил княжну не лезть.
Причем не лезть именно ко мне. Дословно их разговор остался неизвестным, но по словам Яны князь сообщил, что с нулевкой у неё шансов нет, с её то одаренностью. И недвусмысленно намекнул, что достойной парой для меня станет его милейшая дочурка Мари. Мол, среди одинаково высокородных выбирают тех, кто сильнее…
Высокомерный сводник мало того, что знал про мои способности, так ещё и сам решил за моей спиной с кем мне заводить близкие знакомства! Я так охренел, что даже прокомментировать не смог. Этот мир ненормальный, однозначно.
Статус нулевого одаренного фактически нивелировал откровенно слабый в высшем свете графский титул. А то и вовсе приравнивал к самому наивысшему вне императорской семьи, то есть к светлейшим князьям, кем Воронецкий и был.
Род Меньшиковых не уступал по древности роду Воронецких, но был в опале и растерял большинство связей после гибели родителей Яны и переходу главенства к её ещё довольно юному брату, который себя показал не с лучшей стороны. Понятно, что кроме титула, и то с разрешения императора, предложить они ничего не могли.
А вот Воронецкий мог. Учитывая его тесные отношения с цесаревичем и императорской семьей в целом, ему выправить право передачи княжеского титула по женской линии не составило бы труда. Будь мне интересен титул светлейшего княжича и их род…
От очередного упоминания благородной евгеники снова стало тошно. Эти высокородные со своим выведением чистой магической расы совсем берега попутали. Если Воронецкий собрался делать из меня племенного жеребца, то его ждет большой сюрприз.
Теперь понятно, что не только в чьей компании я провожу вечера так завело Яну, когда она приехала ко мне. Накипело в ней знатно, наложилось одно на другое, на третье и десятое. И прорвало.
Но если князь знание о том, что я нулевка, берег для своих планов, то сообщать это девушке, расстроив её в лучших чувствах? Она же могла с дури и сказать кому-то. Или Воронецкий знал ещё что-то… Зараза, опять много стало понятно, а ещё больше непонятно.
Яна давно закончила свой рассказ и сидела тихо, обиженно насупившись. А я до боли натирал лоб, укладывая новые данные в безумную мозаику творящегося вокруг меня.
Воронецкий знает очень много. И, получается, заинтересован во мне. Значит, этим можно воспользоваться, подыграв в его манипуляциях. Узнать как можно больше и красиво свалить в закат. При этом постараться не сделать его заклятым врагом, нда. Задачка не из простых.